И блики в реке казались красными нервными росчерками входившего в свои права солнца.
Солнце почти поднялось за горизонтом. Птицы закричали еще громче.
Сейчас человек выйдет из тени камня и все опять начнется.
Или закончится?
* * *Темные тучи, как корона, воссияли над солнцем-цветком. А оно желтым пожаром отражалось в ставших черными радужках полупрозрачной худой женщины с миловидным бледным лицом. Когти и клыки исчезли, черная кокетливая шляпка с серебряной вуалью пропали, и видна была тщательно заплетенная французская коса.
"
"Ревность стала менее пугающей, но все такой же таинственной, словно только что спустившееся из звездной ночи по ступеням из сумеречных облаков. Губы ее оставались такими же алыми, и неизменный мундштук не поменялся в длинных пальцах, как, впрочем, и простой серебряный перстень с выгравированной буквой «с» на черном камне, на котором никогда не бывало бликов.
Ревность спокойно курила, наблюдая за Денисом и его избранницей, от которой так и веяло особенным теплом. Дым ее сигареты тонкой струйкой поспешил к исчезающему речному туману, чтобы его поддержать.
– Но как же так? – раздался взволнованный красивый женский взрослый голос из ниоткуда. Ревность ослепил один из солнечных отблесков. – Ведь ты говорила, что он будет спасен! Ты подарила ему удачу, чтобы мой мальчик был спасен!
И тут же раздался второй голос, в котором Дэн мог узнать Инну, впрочем, ее голос показался знакомым бы и Маше, ведь она слышала его в снах. И в нем тоже было много беспокойства, и страх, и непонимание, и просьба:
– Зачем же ты это делаешь? Ты обещала помогать ему! А теперь опять то же самое! Зачем?
– При чем здесь я? – приподняв изломанную бровь, спросила та, у которой было множество имен, и Ревность была одним из них.
– Я выполнила свой уговор. Удача всегда была с мальчиком. Ранение вместо гибели не всякому дано. – Ревность, не выпуская мундштука, трижды повернула свое кольцо. – Вы знаете, что обозначает буква «с»? Судьба. Смерть. А также – случай, – сказала она. – Он был спасен от гибели на самолете.
А тут в игру вмешался случай, – дама с мундштуком почти с болью смотрела на Дениса.
Ее просили помочь. И один раз она уже это сделала.
– Я не властна над самой собой, – пожав плечами, сообщила Ревность и рассмеялась: – Посмотрим, что будет. Тише, тиш-ш-ше, успокойтесь, – проговорила она, и голоса исчезли. На плечо Ревности опустился орел, а в кулак она поймала ветер.
* * *Тихое умиротворенное счастье – одно на двоих – продолжалось недолго.
