– Мы как раз вовремя, – довольно сказал Челка, заворачивая на пустую парковку перед набережной. – Выходите, ребятки. Я довез вас до неба.
Я и Денис первыми оказались на улице, уже привычно держась за руки. Здесь, за городом, даже дышать было легче. А еще мой взгляд, как магнитом, притягивал необычайно яркий алый рассвет, который растекался на востоке неба, как кровь из раны на светло-грифельной рубашке. И я не думала, что под таким прекрасным небом нас может поджидать опасность.
В эти минуты я была пьяна от своих чувств и хотела только одного – чтобы время вокруг нас остановилось, пусть не навсегда, но хотя бы на несколько часов.
* * *"
"Утро настало как-то неожиданно. Когда Марина распахнула один глаз, то сразу поняла, что находится не дома, а в совершенно незнакомом месте, хорошо освещенным солнцем, нагло лезущим сквозь каждый квадратный сантиметр стекла. Она лежала на боку, касаясь спиной какой-то подозрительно теплой стены, а подушка под ее головой была узкой и жесткой. Еще у нее слегка побаливала голова, да и во рту было пустынно сухо.
«Где это я?» – опасливо подумала девушка, боясь открыть второй глаз и с трудом вспоминая, что она, кажется, напилась вчера, и вроде бы последнее место, куда она попала после рок-феста, – это квартира придурка Черри. Но почему она лежит в этой постели? Ее сюда кто-то принес, что ли? И почему…
«Почему я раздета?!» – еще одна глупая, дрожащая мысль пролетела в ее голове вихрем от уха до уха, взорвавшись сказочным фейерверком, и тут Марину ждало еще одно потрясение.
Ей показалось, что она слышит чье-то мерное дыхание, и у нее по телу прошелся самый настоящий электрический ток. Почти тут же до нее, сквозь головную боль, дошло, что она в кровати не одна, а позади нее не стена, а чья-то грудь.
«О, Боже, нет! Я что, с парнем?!» – страшным громом раздалось в ее голове. Марина дернулась, понимая, что под головой у нее вовсе не подушка, а чье-то мужское жесткое, не слишком широкое предплечье.
«Неужто напилась и этот гад зеленый мною воспользовался?» – едва сдерживая слезы, подумала она, помня его слова про одну ночь.
Девушка осторожно обернулась на того, чья рука лежала у нее под головой, и едва сдержалась от крика ужаса – рядом с ней сладко спал Ланде. Белые волосы разметались и закрывали пол-лица.
Брюнетка тут же вскочила.
«Твою ж кикимору», – шокированно глядела на парня она, машинально кутаясь в тонкое прохладное и огромное одеяло, зажимая его края в кулаки чуть выше груди.
