Около второй сцены, к самому ограждению фан-зоны которой я со своим почти всемогущим золотым браслетом пробралась без проблем, народа было не слишком много – основная масса спешила к первой сцене, где вот-вот должно было начаться грандиозное открытие фестиваля. Вторая сцена, сияющая логотипом фестиваля, действительно была пока еще относительно пуста. Музыкантов никаких не было, и по ней изредка ходили техники.
Я обеспокоенно вертела головой, ища отчаянным взглядом Марину, Ланде и их компанию. Но никого, даже отдаленно похожих на них, не наблюдалось.
Рядом стояли какие-то парни с пивом, а ближе всех ко мне – худой подросток лет пятнадцати-шестнадцати в балахоне с символикой «На краю», как и я, напряженно тыкающий длинным пальцем в мобильник, и я даже не смогла понять, парень это или девушка. Но это точно была не Маринка. И куда она только пропала?
Я пробовала дозвониться до подруги, но, увы, мне это не удалось – ее телефон оказался толи выключенным, толи вне зоны действия сети.
Это заставило меня дико нервничать. Когда я набрала номер Ланде, то занервничала еще больше – он тоже не отвечал на звонок. И я, совсем не выдержав, набрала Дэна, уже в который раз, чтобы вновь послушать механический голос автоответчика.
Мною стала овладевать паника. Я застыла у ограждения, перекрывающего вход на сцену, и мои губы сами по себе тоскливо скривились. И что делать? Бежать к первой сцене? К выходу? Где искать моего Смерча? Где?!
– О! Это чего еще такое? – вдруг спросил один из парней, глушащий неподалеку банку пива.
– Чего? Ты о чем? – не понял его друг.
– Вроде открытие на первой сцене через полчаса, а на второй тоже уже музыканты появляются. Офигеть!
– Так может, техники?
– Ага, с инструментами. Техники-гитаристы. Ты такой умный, – заржал парень с пивом и вдруг подавился, забрызгав напитком друга. – Блин, ты глянь! Глянь, да это «На краю»!
Я и подросток рядом встрепенулись, как охотничьи собаки, почуявшие добычу. Да и все остальные, кто был поблизости, стали с огромным изумлением глядеть в сторону сцены.
На мгновение у меня кровь застыла в жилах и превратилась в жидкий металл, затем в ванильное молоко, а потом и вовсе в радиоактивный цветочный воздух.
Почему? Да потому что на сцене появился Кей с гитарой наперевес. А следом за ним – остальные музыканты «На краю», совершенно не обращающие внимания на то, что сцена в общем-то пока что еще не должна «использоваться по назначению».
