Что-то в нем требовательно кричало: «Скажи, скажи еще, какой я хороший! Хотя бы ты скажи! Скажи!»
– Я уверена. Я знаю.
Никита ничего не ответил на это.
– Мне не хочется тебя отпускать, – сжала губы Ника.
– Я вернусь к тебе, раз не хочется, – было ей ответом.
– Нет, правда.
– Правда, вернусь.
– Ну, Укроп! – выпалила девушка, едва сдерживая слезы. Никита, натянувший уже пиджак, сделал вид, что рассердился.
– Как ты меня назвала?
– Никак, – она резким движением вытерла покрасневшие глаза. – Никита, с тобой все будет хорошо?
Парень внимательно посмотрел на едва не плачущую девушку и только головой покачал.
За время их диалога он собрался полностью и теперь был готов выбежать на улицу, чтобы оседлать «Выфер» – «Выфер» клоуна Смерча! – и уехать из города.
– Да. – Он не знал, говорит правду или лжет.
– Я с тобой.
– Нет.
– Я с тобой! С тобой!
– Куда ты со мной? Хватит нести чушь! Ты не ребенок! – не выдержал Ник. Глупость он ненавидел. – Ты вообще понимаешь, что происходит? Меня ищут менты, Карлова! Да ты действительно дура! Ты знаешь, чем я занимаюсь? Кто я такой? Что делаю?
– Догадываюсь, – хмуро отвечала девушка.
– Плохо догадываешься! Зачем такого, как я, ты покрываешь? А? Из жалости? Да засунь ты ее, эту жалость, куда подальше! – вспылил Никита. Он давно так не повышал голос – видимо, скопившееся напряжение дало о себе знать.
– Раньше же с тобой общалась, – упрямо сказала Ника.
– Я заставлял тебя. Ты понимаешь разницу? Я тебя заставляла. А теперь ты сама мне предлагаешь помощь!
– А ты что, такой гордый и не можешь ее принять? – прокричала девушка.
– Тогда сам засунь свою гордость куда подальше!
– Замолчи. Не зли меня, – он уже был в коридоре. Нику хотелось скорее покинуть это место, вернее, эту девушку. Он не может остаться! И взять ее с собой – тоже! Не судьба… Ни с Олей, ни с Никой. Да и не рассматривал он никогда Карлову в таком ракурсе – только сейчас ему пришло в голову, что возможно, именно она – та самая, которая станет его путеводной нитью в «белый» мир.
Только уже слишком поздно.
– Я тебя все равно не боюсь, – соврала она, сдерживаясь, чтобы не схватить его за руку.
– Отлично.
– Когда ты вернешься?
– Не знаю. Все, я ухожу. Не выходи на улицу. Подожди, пока я уеду. Постараюсь сделать так, чтобы тебя не тревожили. Спасибо тебе. За все. Пока, – сказал отрывисто Никита, беря в руки шлем-интеграл.
– Ну и пока, – ответила девушка с болью в голосе. Она ненавидела прощания.
