– Да, я тебя слушаю!
– Олень, – раздался хриплый, срывающийся полушепот Андрея. – Олень, ты меня слышишь?
– Слышу, – отозвался Никита, не сводя прищуренного взгляда с соперника. Димка тоже не отрывал глаз от него, и по его сосредоточенному лицу и сжатым кулакам было видно, что этот парень будет стоять на ногах до последнего.
Легкий ветер, гонявший мусор по пустым серым дорогам, вдруг затих, прислушался к чему-то.
– Хорошо, что слышишь. Сваливай из города, – велел Март тем временем все тем же странным срывающимся полушепотом.
– Сваливай и… И делай все так, как я тебе говорил. Ты помнишь? Помнишь?
– Что произошло? – спросил озлобленно Ник. Он никогда не слышал такого голоса у старшего брата. Он пьяный?
Наркотой стал баловаться? Или что с этим психом еще случилось на этом гребаном вечере?
– Ты все мои указания помнишь, щенок? – не торопился отвечать на вопросы парня Андрей. Его голос становился все тише и тише.
– Ты объяснишь мне, что за проблема?
– Ты помнишь?! – закричал вдруг торопливо Андрей, правда, его крик был похож больше на охрипший стон.
– Ты помнишь?
– Помню! Что ты орешь? Что происходит?! – закричал и его брат, чувствуя кожей, что случилось что-то плохое. Если бы Март был рядом, только за одну бы такую интонацию он ударил его.
– Менты, суки, чуть не взяли. На гребаном балу, – прерывисто дыша, словно из-за боли, проговорил Март вновь очень тихо. – Радика и Макса – нет, а меня – да… Очередь и до них дойдет… До каждого.
Крыса… Появилась крыса и сдала всех. Убирайся из города и делай все, чему я тебя учил. Компромат – о нем только ты знаешь. Убирайся. Понял меня?
– Понял.
– Ну, пока… братишка, может, свидимся, – отозвался Андрей с большим трудом – его голос почти пропал.
– Эй! Ты где? Ты ранен? – неожиданно забыл о Димке и Ольге Ник. До него только что дошел смысл сказанного. – Говори, где ты, я приеду за тобой! Ты в том ресторане? Там? Ты еще там?
Ветер внезапно взметнулся, начав биться в стекла домов, как дикий зверь.
Ответ Андрея Никита расслышал с трудом.
– Приедешь – убью. Делай… из города… ноги, брат. Пережди и проваливай. И делай, как я… ве-лел, – по слогам выговорил он.
– Андрей! – закричал вновь Никита. – Андрей, твою мать, что с тобой?
Тот больше ему не отвечал. В телефоне неожиданно послышался шум, треск чьи-то суровые выкрики, протяжный стон и маты, а потом связь и вовсе прервалась.
