А Дима был очень даже не против этого. Никита учил его драться, а Димка помогал ему с русским, который, в отличие от математики и других точных наук, плохо давался Кларскому, и еще с кучей вещей.
Вот так вот они и стали общаться – два совершенно разных мальчика. Постепенно Дима узнавал о новом друге все новые и новые факты, но они не отталкивали его от Кларского, потому что в первую очередь Чащин всегда ценил кое-что другое. Человеческие качества, и этому его с детства учила мать. А Никита ценил то, что ценят его самого.
Так они и общались. Хороший мальчик и тот, кто играл роль хорошего мальчика. Но почему часто бывает так, что хорошим хочется побывать в шкуре плохих?
Никита уважал и ценил своего старого друга, однако сейчас он больше всего на свете хотел собственноручно прикончить урода Чащина. Да и Ольгу заодно. Сделать так, чтобы им обоим было дико больно, в сто крат сильнее, чем ему. Он собирался устроить этим двоим по маленькому персональному аду. За предательство платят кровью.
Ника видела, как беззвучно вышедший из машины Никита что-то сказал, и Оленька со своим парнем синхронно обернулись.
Кажется, увидеть Кларского они здесь совершенно не ожидали. На лице Оли был написан испуг, а на лице Димки – мрачная решительность. Он резко отпустил девушку, и, как только он сделал это, Никита без всяких объяснений буквально швырнул его на землю и наступил ему ногой на грудь.
Двор был совершенно пустым, и никто не мог помешать Нику.
И даже бледная луна куда-то спряталась.
* * *"
"Ольга быстрым нервным шагом покинула ресторанный комплекс и подлетела к первому же такси, быстро уселась на заднее сиденье и, не спрашивая цены, назвала свой адрес.
Водитель оказался понятливым, кивнул и сразу же поехал прочь от этого места. Только в машине Оля позволила себе расслабиться и прекратить играть роль узнавшей правду о своем парне несчастной девушки. Водитель был весьма удивлен, увидев, что миленькая пассажирка с жутко расстроенным личиком, по которому едва не катились слезы отчаяния, вдруг за минуту успокоилась и стала сосредоточенной и собранной.
Еще больше он удивился, заметив на лице пассажирки победную улыбку. Словно она только что выиграла сражение, важное, но трудное. Эта улыбка настолько контрастировала с предыдущим выражением лица, что насторожила водителя. Он, конечно, промолчал, но подумал, что девушка явно не в себе, и раз от нее не пахнет алкоголем, может быть, приняла что-то другое. На всякий случай он решил накинуть цену за проезд.
