Подойдя к машине Парамонова, она протянула ему большой пакет, завернутый в плотную оберточную бумагу, и, слегка нагнувшись к опущенному окну, коротко сообщила:
– Этта приффет от каспатин Хаккинен!
Лицо финки наполовину закрывали огромные безвкусные очки с розовыми стеклами, довершали облик пудовые клипсы дутого серебра. Передав пакет, финка, чеканя шаг, вернулась в свою машину. Иномарка тут же уехала.
Парамонов поднял стекло, обождал немного, чтобы дать финнам отъехать подальше, и тоже включил зажигание.
Через несколько минут его машина влилась в густой поток транспорта на Большом проспекте.
Неожиданно во внутреннем кармане его плаща зазвонил сотовый телефон.
Евгений Иванович поднес трубку к уху:
– Парамонов слушает.
– Евгений Иванович? – раздался в трубке удивительно знакомый голос. – Я тут у Вахромеева в больнице был, так он вам привет передает…
– Кто это? – удивленно спросил Парамонов. – Кто говорит?
– А еще я на Южном кладбище недавно побывал, – продолжал тот же голос, – так там вам тоже многие кланяются и надеются на скорую встречу…
– Кто это говорит?! – В голосе Парамонова удивленное раздражение постепенно переходило в ужас.
Кажется, он узнал этот голос, но такого не могло, просто не могло быть, ведь он собственными глазами видел взрыв.
– Кто говорит? – переспросил голос в трубке. – Говорит служба ремонта. Заказ на ремонт автомата А-16 принят. Посылочку вскройте, пожалуйста."
"Парамонов, мгновенно покрывшись испариной, придерживая одной рукой руль, ногтями другой руки содрал упаковочную бумагу с финской посылки… У него на коленях оказался плоский чемоданчик красно-коричневой кожи с тисненым изображением Ганноверской ратуши и какой-то немецкой фразой густого готического помола.
Тот самый чемоданчик, который он оставил в камере хранения Витебского вокзала с маленьким сюрпризом для своего специалиста… И ведь он своими глазами видел, как тот сел с этим чемоданчиком в «Жигули» и минуту спустя взлетел на воздух.
Евгений Иванович выпустил руль и схватился за ручку дверцы, чтобы выбросить из машины страшную посылку, но он не успел этого сделать.
Чемоданчик взорвался, разметав в огненном вихре новенький «Мерседес» и новоиспеченного исполняющего обязанности начальника управления Евгения Ивановича Парамонова.
– Ни фига себе! – Я, разинув рот, смотрела, как парамоновская машина, точнее, то, что от нее осталось, огненным дождем сыплется на асфальт Большого проспекта.
