Он очень толково все разъяснил, не стесняясь.
– Действительно, ты прав, – задумчиво пробормотала я, – зачем беспокоиться о детях, когда у нас с тобой и детей-то нет… Или я ошибаюсь?
– Нет, не ошибаешься, – процедил он и демонстративно поглядел на часы.
Как бы в ответ на его жест из двери редакции выглянула белобрысая девица и крикнула:
– Андрюша, ты идешь? Без виновника торжества начинать как-то неудобно!
– У тебя что – сегодня день рождения? – спросила я, очнувшись от невеселых мыслей.
– Да нет, это отвальная, – нехотя ответил Андрей.
– Стало быть, ты в этой газете больше не работаешь?
– Стало быть, нет. – Он был совершенно спокоен.
– И где же ты теперь собираешься прикладывать свои силы? – Я продолжала настойчивые расспросы, потому что до меня с трудом, но начало доходить очевидное.
– Теперь я буду работать на телевидении, вести там новое ток-шоу, у него еще пока нет названия. – Андрей улыбнулся.
– Вот как… – Я посмотрела на него очень внимательно и представила, как выгодно этот белозубый обаяшка будет смотреться на экране.
"
"Передо мной мысленно всплыли все люди, с которыми мы общались в процессе расследования. Я вспомнила несчастного запуганного Арнольда Гавриловича, на которого теперь после статьи, действительно может наехать налоговая инспекция, и так легко, как со мной, он не отделается. А если и не будет неприятностей с налоговой, то уж квартиру-то он сдавать точно не будет, побоится. А ведь, небось, не от хорошей жизни сдавал… А уж стеснительного пьяницу Вову Милютенко точно больше никто не востребует, раз прогремел он со своими паспортными данными на весь город.
И конечно, милиция ему ничего не сделает – что с него взять-то, – но жить они теперь будут только на Люськину зарплату уборщицы.
Скольким людям испортить жизнь, и все это для того, чтобы стать ведущим ток-шоу! В глубине души я понимала, что неправа, что Андрей, когда писал статью, вовсе не рассчитывал на такой результат. Но свою позицию он изложил мне откровенно.
И я поняла, что он внутренне готов был к такому повороту событий. Чтобы погасить нежелательные слухи вокруг строительства центра, нужно было успокоить ретивого журналиста. Все логично. Человек потрудился, и за это ему награда – место на телевидении, что, конечно, гораздо полезнее для карьеры, чем писать статейки в небольшой заштатной газетке.
– Что ж, желаю тебе творческих успехов. – Я улыбнулась и пошла прочь по длинному коридору.
