И в его лучах Кейт открылось удивительное зрелище.
На полу сидели две женщины. Одна под окном, молодая девушка четырнадцати-пятнадцати лет. Мэнди Аллард? Выглядела она ужасно: спутанные волосы, огромные воспаленные глаза, желтовато-серый цвет лица. Она походила на ожившего мертвеца и как будто держалась из последних сил. В ней чувствовалось что-то от смертельно раненного животного, загнанного в угол и продолжающего защищаться только ради того, чтобы подороже отдать жизнь. В ее руке что-то блестело… Приглядевшись, Кейт поняла, что это разбитая бутылка.
Опасное оружие, даже в руках полуживого человека.
Напротив сидела другая женщина, значительно старше первой, но моложе Кейт. Она была в гораздо лучшем физическом состоянии, чем девушка, но одна ее рука была обмотана шарфом. Женщина придерживала ее другой рукой, как будто ей было больно. Она подняла голову. Лицо было залито кровью.
В нос Кейт ударил ужасный запах – крови, экскрементов, пота…
– Господи… – прошептала она и упала на стену.
Брендан побледнел как полотно:
– Линда, Линда… что случилось?
– Линда? – оживилась Кейт.
– Линда Касуэлл?
– У нее ключи, – прохрипела Линда Касуэлл. – Ключи от машины, я не могу уехать отсюда.
– Как ты вообще здесь оказалась? – спросил Брендан Сондерс. Он стоял посреди комнаты с сумочкой Кейт в руке, явно ошеломленный ситуацией.
– Я хотела положить этому конец, – сказала Линда. – Ты всегда говорил, что жестоко оставлять их здесь медленно умирать.
– Но я не имел в виду… Боже, Линда… – Брендан Сондерс был готов разрыдаться.
– Нам срочно нужен врач, – сказала Кейт.
Линда остановила на ней взгляд:
– Кто вы? – Оглянулась на Брендана. – Кто она?
– Журналистка, – объяснил Брендан. – Пишет о пропавших девочках. Сегодня она появилась у меня в квартире, и я подумал…
– …Что будет лучше избавиться от нее здесь, – закончила за него Линда.
Она с трудом поднялась на ноги. Глубокий порез шел от левого виска по щеке и через рот.
– Боже мой, она была прикована… Мэнди. Она освободилась и устроила мне засаду с этой бутылкой.
Мэнди что-то прохрипела, как будто зашипела кошка.
– Я уронила ключи от машины, – продолжала Линда.
Кейт поняла, почему она так странно говорит. Губы порезаны. Рот наполняется кровью, так что Линде приходится часто сплевывать. На полу рядом с ней уже образовалась лужа. Язык, наверное, тоже пострадал.
– Она сидит на ключах, – Линда кивнула на Мэнди. – Я не могу до них добраться.
Кейт поняла, что женщины смотрят друг на друга так вот уже несколько часов.
