Они толпились возле бара, и большинство выглядели так, будто заскочили после работы выпить пива с коллегами, прежде чем отправиться домой.
– Одну минуту, – ответил Кевин молодому человеку и виновато посмотрел на Кейт: – Ну вот, мне пора работать.
– Да, конечно, – ответила она. – Вы жаловались, что Райан вредит вашему бизнесу своими сплетнями, но, глядя на это…
– Все верно, трудности остались в прошлом. Но когда-то нам с Марвином пришлось очень нелегко. Мы открыли паб спустя год после исчезновения Ханны.
Тогда обо мне говорил весь Скарборо. И знаете, что придумал Райан Касуэлл? Каждый вечер он стоял внизу под лестницей и раздавал людям листовки с фотографиями Ханны и описанием того, что произошло в тот вечер. То есть как он это видел, разумеется. И люди узнавали, что я похитил и убил его дочь. Многие перестали сюда ходить.
– Это серьезно… – Кейт покачала головой."
"– Я добился судебного запрета. Райан больше не мог раздавать листовки, но он успел хорошо нам навредить.
Дверь открылась, и в зал вошел Дэвид Чапленд. Он улыбнулся при виде Кейт, и она почувствовала, как забилось ее сердце.
«Спокойно, – напомнила себе Кейт. – Не воображай особенно».
– То есть, – обратилась она к Кевину, – когда вы вернулись на вокзал, Ханны там уже не было?
– Именно так, – подтвердил он.
– Как вы думаете, сколько времени прошло с тех пор, как вы в последний раз взглянули на нее в зеркало заднего вида?
– В полиции мне тоже задавали этот вопрос, – сказал Кевин.
– Самое большее пятнадцать минут.
– Пятнадцать минут – и она исчезла навсегда? Как вы думаете, не могла ли Ханна сбежать из дома добровольно? Просто потому, что не хотела возвращаться к Райану?
Кевин покачал головой:
– Нет, Ханна была не их таких. Ребенок, просто напуганный ребенок. И она была привязана к отцу, каким бы он ни был деспотом. Она не знала другого отца и другого дома. Нет, Ханна не могла сбежать от него, ни за что в жизни.
* * *Вечер получился особенным, совсем не похожим на другие, что Кейт проводила в обществе мужчины. Она помнила, что тогда ее мучило. Как все время чувствовала, что мужчине с ней скучно. Как ни старалась рассказать что-нибудь забавное и смешное, ничего хорошего из этого не выходило. Лучше всего получилось с Колином Блэром, и то только потому, что тот искал в ней не собеседницу, а прежде всего восторженную слушательницу.
