Потому что на следующих – по Боевой подготовке, экзамене по магии или же Летной Практике, – у меня вряд ли получится набрать какие-либо существенные балы.
Да и как это сделать, если парни по определению физически сильнее меня, занятия по магии у них идут уже несколько лет, я же со своим даром могу разве что причинять хаос или защищаться от комаров, а для летной практики у меня даже дракона нет!
Правда, у меня имелся гаррешш, и я чувствовала, что он где-то рядом. Уже вернулся из Туманного Предела и теперь кружит вокруг Эльрена, стараясь не попадаться на глаза драконьим патрулям.
Но не может ко мне прилететь, потому что боится приближаться к академии.
И даже если я его призову, а потом взлечу, распустив за спиной прозрачный парус, то отборочную комиссию вряд ли такое порадует. Боюсь, с экзаменов меня прямиком упекут в тюрьму, давать показания, уж не шпион ли я Туманного Предела.
Такое в мои планы не входило, поэтому на сегодняшних экзаменах я собиралась хорошенько постараться.
Они начинались в девять утра, но перед этим всех участвовавших в отборе всадников пригласили собраться в зале возле деканата, где нам планировали представить приемную комиссию, после чего разделить по аудиториям.
Зато целители, участвовавшие в отборе, а вместе с ними и Риз, отдыхали аж до полудня. Затем у них стартовал сдвоенный экзамен по Зельям – как письменная, так и практическая его часть, – так что у всех оставалось время повторить конспекты или же пролистать книги.
Я бы тоже не отказалась что-нибудь повторить или пролистать и даже проснулась ни свет ни заря. Но у меня ничего не вышло – адски болела голова, намекая, что вчерашний ментальный удар не прошел для меня бесследно.
Страдая, кое-как поднялась с кровати и потащилась к Ясмине в соседнюю комнату, на что та, сжалившись, выдала мне обезболивающую настойку. Магией, конечно, снять боль было бы намного быстрее и надежнее, но Кайден еще вчера меня предупредил, что не стоит давать своим врагам ни единого повода усомниться в моей честности.
Так что следовало избегать любых магических воздействий.
Дождавшись, когда боль пройдет, я принялась собираться на выход. Сняла с себя оба подаренных браслета, после чего натянула летный костюм – решила, что он придаст мне уверенности.
С затаенной тоской подошла к окну и взглянула на плац возле общежития, на котором спали, дожидаясь своих всадниц, драконицы.
