Глава 22
В машине я развернул листочек и прочитал написанные аккуратным «учительским» почерком слова: «Римма! Я все знаю! Немедленно прекрати давать улучшители! Убью тебя! Сама! Ни в какую милицию не пойду! Я тебя зарежу! Немедленно мне позвони! Ира». Чуть ниже подписи стоял номер телефона.
Я аккуратно сложил бумажку и сунул ее в барсетку. Может, добрая, но недалекая Валентина права? Вдруг Римму убили из-за махинаций с квартирами?
Я очень хорошо помню, какие ужасы печатали газеты, когда в России начал образовываться рынок риелторских услуг.
Людей запугали настолько, что бизнес чуть было не увял на корню. Москвичи рассказывали друг другу страшные истории об одиноких людях, продавших от бедности свои квартиры и исчезнувших из жизни навсегда, о бедолагах, которые купили новые хоромы, а через год после вселения обнаружили, что у квартир есть еще один хозяин: зэк на зоне, сиротка в интернате или дышащая на ладан бабушка с армией половозрелых внуков-наследников. Но многие мои приятели меняли свои жилища, и никто из них не попался в лапы мошенников, не все риелторы жулики, большинство работает честно, но газеты любят писать не о них, а о паршивых овцах в стаде.
Мне надо поговорить с Ирой, но сегодня беседа не состоится, потому что уже поздно и пора домой. Что, интересно, поделывают Николетта и Мэри? Надеюсь, они не придумали новой забавы в торговом зале супермаркета!"
"Словно подслушав эти мысли, зазвонил мобильный. Я взял телефон.
– Вава! Ты забыл?
– Нет! А что?
– Забыл!
– О чем речь?
– Безобразие!
– Я великолепно все помню.
– Да? Тогда мы спускаемся.
– Куда?
– К подъезду.
Я закашлялся:
– Прости, Николетта…
– Ага, забыл!
– Я не успел еще подъехать, попал в пробку, – не моргнув глазом соврал я, пытаясь сообразить, в какую степь обещал отвезти маменьку. Сообщить ей, что забыл, нельзя, при каждом удобном и неудобном случае Николетта будет потом возмущенно восклицать: «А помнишь, в таком-то году нарушил мои планы, проявил редкостное невнимание вкупе с удивительным безразличием».
Нет, нужно твердо стоять на своем: помню все, виновата пробка.
У родного подъезда я оказался быстро, вопреки моим заверениям на дорогах по непонятной причине было мало машин.
Сегодня Мэри и Николетта нарядились в абсолютно несхожие одеяния. На одной был пронзительно розовый брючный костюм, на другой – платье интенсивно синего цвета с широким белым поясом, подчеркивающим талию, которой могла бы гордиться даже юная девушка.
Тихо хихикая, дамы залезли в салон.
