– А не знаете, быть может, у Штейна были какие-то ценные предметы, достаточно мелкие для того, чтобы хранить их в этом ящичке?
– Об этом мне неизвестно. Какое-то время он увлекался нумизматикой, после этого филателизмом. Он не покупал много, только самые выгодные. Такое вот странное вложение денег. Но, насколько мне известно, и свои монеты, и марки он давно продал. Еще тогда, когда начал работать над проектом дома, в котором собирался жить сам. Знаете, о том, были ли у Альберта в последнее время увлечения, подобные этим, вам лучше спросить у Антона.
Это его адвокат и по совместительству друг. Уж он о финансовой стороне жизни Альберта знает куда больше меня.
– Спасибо за совет, непременно им воспользуюсь, – поблагодарил Гуров.
– И вот после этой фразы должна прозвучать следующая: вы нам очень помогли, но время не терпит, – улыбаясь, произнесла Екатерина Николаевна. – Я угадала?
– На этот раз вы меня раскусили, – улыбнулся в ответ Лев. – Простите, что не сможем остаться на обед.
– Допустим, это вы не сможете остаться, а ваша прелестная жена наверняка не откажется отобедать со мной и послушать еще пару-тройку историй о моих похождениях, – поднимаясь, проговорила Екатерина Николаевна.
– И не переживайте, милая, мой водитель доставит вас в любое место, куда скажете.
Гуров посмотрел на жену, ожидая ее решения. Мария смотрела на него слегка виноватым взглядом.
– Ты ведь не станешь возражать, если я побуду здесь немного? – осторожно спросила она.
«Только если ты действительно этого хочешь», – говорили глаза Гурова.
«Мне это очень важно», – отвечали глаза Марии.
– Вот и прекрасно, – прокомментировала обмен взглядами Екатерина Николаевна. – У меня на обед шикарный суп-пюре из мидий в сливочном соусе и пикантный рассказ о том, как моей руки добивался один высокопоставленный чин из столичной мэрии.
– Прошу вас, за время обеда не научите ее ничему плохому, – пошутил Гуров, галантно склоняясь над протянутой рукой певицы. – До сего дня у нас была крепкая, старомодно верная свадебным клятвам семья.
Хотелось бы, чтобы так оставалось и впредь.
– Это как получится, молодой человек, – вернула шутку Екатерина Николаевна. – Дурной пример, он, знаете ли, как сенная лихорадка, передается быстро, а лечится годами."
"Попрощавшись с хозяйкой и поцеловав жену в щеку, Гуров сел в машину. Женщины проводили ее взглядами и направились к дому, а он вывел «Пежо» на центральную трассу, ведущую в город, и принялся размышлять. Итак, Штейн увлекался коллекционированием.
