А потом, под прикрытием этих пожаров, выкатились бронеавтомобили да постреляли немного вдоль улиц из пулеметов. Совокупный урон оказался умеренным. Может быть, лег полк или около того. Но штурм откатился, так толком и не начавшись.
Мольтке остыл и, устыдившись своего глупого поступка, подошел к делу намного разумнее. Уже шестого числа он начал нормальное всеобщее наступление с обоих берегов Одера. Одновременно. Да так, чтобы Меншиков свои невеликие силы был вынужден разделить.
С восточного берега, мимо порта к мостам двигалось батальонов семь, может быть, восемь.
Так и не разобрать. Сводных. Надерганных взводами из разных полков дивизии, державшей оборону у Старгарда. Да. Открытое пространство. Но несколько железнодорожных насыпей давали неплохое укрытие от пуль.
Однако Максим не стал встречать эту толпу «в лоб». Он перебросил туда всю свою дюжину 60-мм минометов. Эти орудия расположились во дворах ближайших к реке зданий и обрушили на немцев настоящий град мин. Дистанции обстрела были вполне подходящие – от трехсот до восьмисот метров.
Пять минут боя, и минометчики, прихватив свое имущество, дали деру. А то мало ли?
И очень правильно. С восточного берега ударила тяжелая артиллерия по домам, прикрывающим своими кирпичными телами покинутые огневые точки. И неплохо так ударила. С полчаса долбила весь передний край домов, выходящий непосредственно к реке. Разнесла все в щебенку. Но тщетно. Противника там уже не было.
Восточная атака провалилась. Массированный обстрел из минометов на открытой местности сделал свое дело – добрая половина наступающих войск там и осталась лежать или ползать, истекая кровью.
Тут и контузии от близких разрывов, и осколочные ранения, и вторичные осколки в виде щебенки, разлетающейся от взрывов. Ну и на психику это надавило серьезно. Ведь дюжина 60-мм минометов смогли на тех, весьма ограниченных по размеру площадях, поднять настоящую стену взрывов. Пятнадцать-двадцать мин с каждого ствола давали порядка двухсот подач по противнику в минуту.
С западного направления наступление шло иначе."
"Здесь Мольтке решил действовать устоявшимися формациями – ротами резервистов и ландвера. То есть отряды, скрепленные и слаженные хоть каким-то опытом совместной службы. Землячеством и прочими «скрепами». Вот они и начали входить в город с двадцати трех направлений – дорог. А перед каждой ротой двигался бронеавтомобиль. Генерал-полковник ведь знал о том, как работали русские.
