Но именно на этой, не слишком, как и все они, особенной Владимир Сергеевич женился. Вторая жена его с хаты быстро выставила, благо она её собственная была. И он снял квартиру. Так что доходы его сильно поредели. За девчушку в вуз плати, за съёмное жильё — вынь да положь! Вот и сидел сейчас Владимир Сергеевич, и без того по жизни не слишком доброжелательный и радостный, мрачнее тучи. И вот чего, спрашивается, припёрся?
— Дай хоть куртку сниму! — усмехнулась Татьяна Георгиевна в ответ на Аркашины тирады. — Всем привет! — Она оглядела компанию.
Были в основном завсегдатаи. Заведующий отделением анестезиологии и реанимации главного корпуса, заведующий урологией, пара хирургических мужиков, заведующий пульмонологией, противное явление природы из гинекологии — будущий, по слухам, заведующий. Начмед поликлиники, вечно недовольная дамочка. Причём вечно недовольная своим мужем — заведующим урологией. Володька со своей фифой. Один молоденький ординатор из гастрохирургии. Ещё один молоденький ординатор из травмы.
И парочка «приближённых» к заведующим толковых интернов. Молоденький ординатор из гастрохирургии — как его? Вадик? — был как будто пыльным мешком прибитый. И глаза красные.
— Не-не-не! Сперва пьянка, а потом уж — стриптиз! Ты и в одежде тут всем крышу сносишь, что же будет без?!
— Без будет всё то же, что ты сегодня видел в операционной! — Татьяна Георгиевна сняла, наконец, куртку и села за стол.
— Не-е-е, — протянул Аркадий Петрович, размахивая полной рюмкой. — В операционной нет мужчин и женщин! Там ты просто гуманоид противоположного полового вида, а вовсе не сексуальный объект!
— Я вообще не сексуальный объект, Аркаша.
Ты в курсе.
— Очень даже! О-о-очень даже сексуальный ты объект! — не соглашался хмельной Святогорский. — Если бы я ещё мог… То есть я хотел сказать, что если бы я не был верным мужем своей верной жены, то я бы очень даже хотел поработать на таком сексуальном объекте!
— Танька — секретный сексуальный объект! — выкрикнул заведующий урологией. — На неё без соответствующей формы допуска не попадёшь!
— Пить будем или как? — мрачно уточнил Владимир Сергеевич.
— Сколько можно рюмки держать?
— Будем, Володька, будем! И пить будем, и ещё пить будем!
— Действительно, давай уже, Аркаша! Толкай свою речь, не задерживай почтенную публику с протянутой тарой! — подбодрила его Татьяна Георгиевна."
"— Сегодня, друзья мои, — сосредоточенно и торжественно начал Аркадий Петрович, — хоть и не пятница, а всё-таки праздник.
