— Помолчите, Аркадий Петрович! Всем прекрасно известно, что вы всегда найдёте себе оправдание! Я могу продолжать? Спасибо, что так уважаете начмеда, что делаете ему одолжения, выслушивая то, что касается непосредственно вашей работы! — И Сёма снова взял тон чтеца-декламатора: — Как только я пришла в себя, в палату сразу позвали маму и мужа, по очереди — мне это дало колоссальную эмоциональную поддержку. Дочку принесли, как только та проснулась, и сразу приложили к груди, после чего мы не расставались до двенадцати часов ночи, а затем её отнесли спящую обратно в детское отделение на ночь, чтобы дать мне отдых.
Спасибо внимательному медицинскому персоналу, дежурил анестезиолог-реаниматолог Владимир Сергеевич Ельский. Очень хороший специалист. За всё время пребывания здесь я ни разу не испытала каких-то слишком серьёзных трудностей, мне сразу оказывали помощь и не оставляли без наблюдения. На роды я брала с собой только документы, тапочки, носки, мобильный телефон и фотоаппарат. Телефон оставался у мужа во время операции, а затем мне его дали в палату реанимации, фотоаппаратом муж сделал первые снимки дочери, когда её вынесли из операционной.
— Семён Ильич, ты нам тут до вечера собрался это интернет-досье читать, а? Девица же вроде всем довольна. Хочешь, я завтра утром на пятиминутке анестезиологические анекдоты почитаю? Может, пойдём уже работать? — подал реплику Аркадий Петрович. Но Панин сделал вид, что не заметил, и продолжил читать:"
"— На следующее утро мне разрешили позавтракать, и после того, как были получены хорошие результаты анализов, меня вместе с дочерью без проволочек перевели в послеродовое отделение, и я вздохнула с облегчением, но, как выяснилось, рано… Начну с хорошего: у меня была послеродовая палата люкс на втором этаже, просторная и комфортная: отдельный санузел — правда, там плохо работал слив унитаза и были проблемы с регулировкой воды в душе, — большая двуспальная кровать с тумбочками, пеленальный комод, две раковины, телевизор, кормительное кресло — я им не пользовалась, кормила в кровати, лежа на боку, — стол со стульями, полки с разноцветными контейнерами и вазочками, две большие прозрачные вазы для цветов — если для кого-то это важно, кулер — кипяток и холодная питьевая вода, микроволновка и холодильник.
Для ребёнка всё давали: слипики…
— Чего давали? — вырвалось у Святогорского.
— Для ребёнка всё давали, — Панин был торжественен и непреклонен, как титановый гвоздь. — Слипики — были и с закрытыми ручками — пользовались ими.
