– Но подсознательно вы каждый день боялись, что с папой этого беспредельщика что-нибудь случится и ему уже ничто и никто не помешает уничтожить вашего сына, да и вас в том числе.
– Кстати, вы не вспомнили Аркадия? – спросил Фома Инессу. – Вы говорили Мане, что у него знакомое лицо, не припомнили, откуда такое ощущение?
– Нет, – неуверенно ответила она, вглядываясь в Аркадия, тот же улыбался ей как старой знакомой, но стоило ей отвернуться, как лицо взрослого мужика приобрело просящий вид, именно так он сейчас смотрел на Фому, будто молил не выдавать его.
– Именно Аркадий, – подбирая слова, говорил Фома, – выполнял поручения в детективном агентстве, куда вы обращались для сбора информации по Валере. Странное совпадение, не находите? Но вычислил я убийцу не так, ваши мотивы понятны, но не критичны, самое главное определение – это кто кого видел в тот вечер. Мы обошли всех и спросили вас об этом, еще одного человека я хотел спросить об этом сейчас, Ира, кого вы видели, когда шли туда и когда бежали обратно?
Ира была разбита, было видно, что она разговаривает через силу, что ее единственное желание сейчас – это лечь, накрыться пледом и дальше плакать.
Но она собралась и ответила:
– Когда шла туда, видела Аркадия, он гулял с собакой у озера, Инесса бегом пробежала мимо меня в сторону своего дома, обратно – только Аркадия, но, если честно, я особо тогда уже по сторонам не смотрела.
– Я так и думал, – туманно ответил Фома и продолжил: – Опросив вас всех, я выстроил по времени, кто где находился в этот период времени, и понял, что кто-то врет.
И вот тогда мне пригодилась запонка, что нашла Мария в своей бане. От Михаила в тот вечер мы все услышали предположение, что она старинная, честно скажу, я не очень верил в эту затею, но все же отослал фото запонки моему хорошему другу, антиквару и страстному любителю загадочных историй ювелирных украшений. Мой приятель позвонил на следующий день и сообщил, что вещь эта уникальна, относится она предположительно к 17–18 векам, изготовлено изделие предположительно аугсбургскими ювелирами.
В это время город, который так удачно был расположен на торговых путях с юга Германии на север Италии, славился своими мастерами, в городе их насчитывалось не меньше сотни. Конкретно у этой запонки есть легенда, они никогда не использовались по назначению, если запонки делились влюбленными пополам как талисман любви, то уже ничто не могло их разлучить.
