— По сути, это он возвращался, а меня, как снятый бронескафандр, отправляли на техническое освидетельствование? А затем? На консервацию, до следующей опасной вылазки?»
Логика подсказывала: «Да, именно так».
К исходу третьего часа ожидания он начал терять терпение, все больше тревожась. Что-то явно пошло не так. Быть может, система обнаружила созданные из нанитов разъемы? Или Ида, сканируя сеть, чем-то себя выдала?
Взломать замок? Начать действовать самому?
А много ли я успею, прежде чем боевые нейрочипы в моей голове перехватят управление?
Но не сидеть же тут, сложа руки?
Ожесточенный внутренний спор прервало шипение пневматики.
Дверь внезапно открылась, и в комнату вошел… человек!
Такого оборота событий Игнат совершенно не ожидал и в первый миг растерялся.
Незнакомец выглядел худым и изможденным, словно долго голодал. Взгляд мутный с непонятной поволокой. Форма ВКС сидела на нем мешковато, словно была скроена не по мерке.
Мельком взглянув на репликанта, он сел в кресло и глухо спросил:
— Откуда ты взялся?
Его раздраженный, пренебрежительный тон задел Игната за живое.
— Сначала представься, а там поговорим, — резко ответил он.
— Типа, не узнал?
Игната присмотрелся внимательнее и его вдруг пробила короткая, непроизвольная нервная дрожь.
В век высочайших технологий случается всякое. Порой прогресс приводит к парадоксальным ситуациям.
Перед ним сидел капитан Зверев. Просто он выглядел намного старше своих лет и пребывал в ужасной физической форме.
«Криогенный сон, — догадался Игнат, без особой приязни глядя на прототипа.
— Это объясняет изможденное состояние. Криокапсулы, насколько он знал, к началу войны находились на стадии испытаний и для тридцати лет непрерывной эксплуатации уж точно не предназначались».
— Ну, отсканировал? А теперь докладывай. Текущую дату я видел… Гребанная система безопасности… — едва слышно добавил он.
— Тебя против воли погрузили в криогенный сон? — спросил Игнат.
— Всю группу. Благими, мать его, намерениями… на тридцать лет…
«Зверь» явно находился не в себе.
Информационный удар оказался для него слишком тяжелым. В голове капитана не укладывалось, что цивилизации больше нет.
— Почему случилась задержка? Зачем вообще тебя пробудили? Что не так с аппаратурой записи нейроматриц? — Игнат справился с потрясением и не собирался комплексовать. Он трезво оценивал степень опасности. Изможденному, находящемуся на грани физического истощения человеку тело репликанта пришлось бы сейчас как нельзя кстати.
