С трудом осознавая, почему заострил внимание именно на этой детали, он уточнил до жути сиплым голосом:
— Как, говоришь, зовут вашу соседку? Павлина Михайловна?
Сокол недоуменно почесал подбородок:
— Ну да. Так я и сказал.
Ощущая себя пьяным от переизбытка эмоций, Похомов задышал чаще.
Сквозь него в ту секунду словно двести двадцать вольт пропустили.
В голове против воли стала складываться логическая цепочка. Вполне очевидная и единственно возможная. От собственных догадок стало дурно.
— Павлина – женская версия имени… Павел! — пробубнил он себе под нос.
— Он назвал своего первенца в ее честь! Шмель назвал тебя… в ее честь!
— В чью честь? — растерялся Пашка. — В честь этой старой грымзы?
Борзый зловеще рассмеялся, будучи не в состоянии более себя контролировать. Его лихорадило от напряжения. Пот выступил на висках.
Он гоготал, точно одержимый, и все никак не мог успокоиться.
— Серьезно не понимаешь? — прохрипел, едва обрел способность говорить. — Та, кого ты всю жизнь считал своей соседкой… на самом деле – твоя бабка! Она и есть мать Шмеля! И… родная сестра Пескаря! Та самая, которую он так тщательно прячет от врагов с тех самых пор, когда занял место настоящего Гарика.
Гениально! Чтоб мне сдохнуть, это гениально!
Сокол скептически фыркнул:
— Ты бредишь, что ли? Родители отца умерли еще до моего рождения!
— Да неужели? — усомнился Дмитрий. — Ты хоть раз был у них на могиле?
Пашка заторможенно покачал головой, явно начиная сомневаться.
Сомневаться в том, в чем Похомов был теперь абсолютно уверен.
— Хочешь верь, хочешь нет, — подытожил он, сверля друга безумным взглядом, — но эта старуха – мать твоего отца! Родная и горячо любимая! Все остальное – часть маскировки. Легенда. Она всю жизнь была рядом с вами. Буквально на соседнем участке. Я только сейчас это понял, но… у вас даже внешний забор общий! А внутреннего, разделяющего ваши дворы, почти нет. Так… кованая хрень не выше метра, увитая плющом. Ее дом – его крепость. Его тайное убежище. Место, где никто и никогда не додумается его искать.
Все это время он был в соседнем, сука, доме! Об этом ты хотел нам сказать?
Соколовский ошеломленно покачал головой:
— Нет. Я просто… при обыске у нас… присутствовал. Нашел бумаги на покупку какой-то подозрительно дешевой недвижимости. Пробил адрес. Оказалось, отец недавно купил дачный участок. У черта на куличиках. Причем в почти развалившемся кооперативе. Вот я и подумал…
Борзый остановил его жестом:
— Нет! Лиза в городе. Она в городе! Совсем рядом.
