А те, кто стоит внутри…
– Стоит?
– А куда там ляжешь? Голая земля… даже навеса никакого нет.
– Так они что же, спят тоже стоя? Как лошади?
– Откуда мне знать? Может, так и спят…
Тем временем колонна подошла ближе, и стали видны лица тех, кто шел по дороге. Да уж, скажу я вам, это было еще то зрелище… Русских можно было распознать безошибочно, даже не по форме, а по выражению лиц. Угрюмые и исхудавшие, наполненные каким-то страданием… Им досталось. А идущие по бокам колонны конвойные – те отличались какой-то ожесточенностью и мрачной решительностью.
(И еще было что-то в них странное, но сейчас этого вспомнить отчего-то не могу.)
– А это что за парни? Ну те, которые их конвоируют?
– Охранный батальон, Макс. Тоже не самые доброжелательные люди, скажу я тебе. С ними, знаешь ли, лучше не шутить – у них плохо с чувством юмора. Да и разговорчивостью эти парни не отличаются.
Они молча проходят мимо нас. Их путь лежит дальше: колонна не заходит в деревню, и наш пост обходят стороною. Поэтому мы молча наблюдаем за их монотонным движением.
Только хлюпанье сапог по грязи да надрывный кашель откуда-то из глубины строя пленных – вот и все звуки, сопровождающие их передвижение.
Ханс заканчивает переобувать сапог, выкуривает сигарету и уходит. А я все стою и смотрю им вслед. Странно, но какое-то противоречивое чувство зародилось в моей груди уже тогда. Только я не понимал еще причины его возникновения.
Итак, лагерь. Отсюда – километров десять, недалеко. Ясное дело, что нападать на него в одиночку – самоубийство.
Там не менее взвода охраны, и всех я не положу. Ханс упомянул вышки – что там? Просто солдаты с винтовками? Сомнительно. Уж парочка пулеметов у охраны точно есть. И они не в казарме – от них там мало пользы, – наверняка на постах. А раз так – мне там ловить нечего. Секунд тридцать на все разборки и уйдет. Порежут пулеметами на мелкие частички. И толку? Прихватить с собою двух-трех солдат? Так это и здесь можно сделать, и с куда большей эффективностью.
Нет.
В лагерь я не пойду.
В сам лагерь.
А вот куда-нибудь поближе к нему… это совсем другой разговор."
"Выйти из деревни тихо удалось только через два дня. В нее вернулось большинство ушедших солдат, которые, надо думать, прочесывали лес. Вернулись без особого шума, уставшие и невеселые. Так, судя по их внешнему виду, поиски результата не принесли. Ну собственно говоря, я это и предполагал. Кого, интересно знать, они там найти собирались?
Дождавшись темноты, тихонько выскальзываю за околицу.
