– Нас сейчас пополняют – только вчера прибыло сразу шесть человек. Если и дальше пойдет все такими темпами, то по штатной численности роту доведут уже дней через пять-шесть. Вот тогда райская жизнь и закончится. Прощайте, теплые домики, – и снова на передовую.
– Далеко это отсюда?
– Километров пятьдесят… Хотя кто его знает, куда уползет линия фронта за эти дни? Мы вроде бы наступаем, и успешно. Хотя и не так быстро, как в прошлом году.
Мы неторопливо идем по улице, и мне все время кажется, что я уже где-то слышал имя и фамилию своего провожатого.
Но где? Память ничего мне не подсказывает.
Вот и большой дом за покосившимся забором. Во дворе шумно, несколько человек, перекрикиваясь, разгружают дрова с подъехавшей телеги.
– Герберт! – перегнувшись через остатки забора, кричит мой провожатый. – Где герр обер-фельдфебель Мойс?
– В доме. А что?
– Вот, привел к вам нового товарища – принимайте! Проводи его к обер-фельдфебелю.
– Нового? Это хорошо! Надеюсь, он не будет таким неисправимым болтуном, как ты.
– И таким вечным скептиком, как ты! – парирует с удовольствием Ойген.
Меня окружают все находящиеся во дворе солдаты.
– Позвольте представиться, герр старший стрелок, – рядовой Герберт Мойзен! – протягивает мне руку окликнутый провожатым солдат.
– Красовски Макс. Можно просто Макс, – протягиваю в ответ.
– Вольдемар Фишке! – тянет руку невысокий щуплый солдат в очках. – Ты был членом партии, камрад?
– Увы… – развожу я руками. – Не могу ничего об этом сказать. Контузия… я потерял память и ничего о своем прошлом не помню.
Бомба рванула совсем рядом, и все, что на мне было, превратилось в лохмотья. Даже документов никаких не осталось. Жетон – и тот куда-то унесло. Думали уже хоронить – повезло, вовремя застонал.
Мойзен сочувственно кивает:
– Да… так тоже случается. Ты совсем ничего не помнишь?"
"– Иногда что-то прорывается. Помню какие-то горы, бородатых горцев с кинжалами. Мы с ними жестоко дрались, даже и рукопашные схватки бывали. Вообще там вся война была какая-то неправильная… Наш командир взвода, которому я все это рассказывал, сказал, что это Крит.
Или Греция. Могла быть и Югославия – там тоже есть горы и их бородатые обитатели. Он высказал предположение, что я раньше служил в горнострелковых войсках…
– Горнострелок?
Я оборачиваюсь.
На крыльце дома стоит коренастый солдат… не солдат – обер-фельдфебель.
– Так точно, герр обер-фельдфебель! Герр лейтенант высказал такое предположение.
Обер-фельдфебель спускается во двор.
