Кротов стоит внизу и подсвечивает себя телефоном. Вот же придурок. Открываю окно, когда понимаю, что он хочет мне что-то сказать.
— Я на тебя все шишки потратил. Дуй сюда, мандаежка.
— Вы ненормальный?
— Да. Спускайся ко мне.
— Нет! Спокойной ночи.
— Да, — я не успеваю закрыть окно, как в меня прилетает мандарин. — Считаю до пяти. Если не спустишься, я сам тебя спущу.
Да пошел ты. Задрал уже. Закрываю окно и перевожу взгляд на мандарин. Ну вот, где он их сейчас достал? И для чего? Паршивец. Не спущусь!
Мысленно считаю про себя, и сама не понимаю, чего жду.
Но от стука в дверь уже не вздрагиваю.
— Пять секунд прошли. Выходи.
— Зачем?
— Я тебе кое-что покажу. Тебе понравится, обещаю.
Бред какой-то. Нехотя открываю дверь и стоит мне взглянуть на Кротова, по блестящим глазам сразу понимаю — он пил. Стоит и улыбается. Не понимаю, как к этому относиться. Выглядит он сейчас таким… добрым, что ли. И смешным.
— Пойдем.
— Дайте хоть одеться.
— Да чего ты трусишь? Я тебя уже полуголой видел, а тут ночнуха.
Причём анти-секс. Не ссы. Не обижу.
Пока я раздумываю над тем, как поступить, он дергает меня за руку на себя и ведет вниз по лестнице. Надеваю балетки, и мы выходим на улицу.
Обходим дом с другой стороны и оказываемся возле сарая. Кротов кладет телефон на землю и включает фонарик. Вид у него капец какой странный.
— Сейчас будем прыгать.
Я не сразу понимаю, о чем идет речь и только, когда он усаживается на ту самую кровать советских времен, до меня доходит. Он называл ее батутом.
Реально будет на ней прыгать?!
Я не знаю, что меня больше удивляет. Тот факт, что рядом с кроватью стоит ящик мандаринов или то, что Кротов снимает обувь и забирается на кровать.
— Она под вами треснет. Вы в своем уме?!
— Не треснет. Она неубиваема."
"И для подтверждения своих слов Кротов начинает на ней прыгать. Алкоголь до добра не доведет. Сколько он выпил, что позволяет себе это? Ловлю себя на мысли, что улыбаюсь в ответ на его смех. Дожила. Выдохшись, Даниил слезает с кровати и тянет меня к ней.
— Твоя очередь.
— Не буду. Она меня не выдержит.
— Если меня выдержала, то тебя и подавно.
— Нет. У меня ноги тяжелые.
— Ну что ты за трусиха такая? Давай залезай.
Борясь со своим страхом, я все же залезаю на кровать, опираясь одной рукой на Кротова. Несмело подпрыгиваю на кровати, молясь, чтобы она не треснула подо мной. И так раз за разом я вхожу во вкус.
Вынуждена признать, что это классно, несмотря на то что грудь мешает прыгать.
