Почувствовав запах кофе, заставляю себя встать с кровати и надеть джинсы и водолазку. Сегодня же пойду покупать не только колготки, но и эти гребаные чулки вместе с платьем и трусами. Нет, платьями. И не для офиса.
Осознав, что обувь Кротова на месте, я быстро юркаю в ванную и принимаюсь умываться и немного приводить себя в порядок.
Я не ожидала, что кофе варит сам мистер говнючелло, неожиданно решивший сыграть в какую-то странную игру.
— Вера не любит, когда на кухне кто-то хозяйничает, — достаю из холодильника остатки пирога и молоко.
— Ее нет в квартире.
— А где она?
— Понятия не имею. Поедешь со мной к ветеринару в часов двенадцать?
— Не могу. У меня сегодня много дел.
— Каких?
— Личных.
— А завтра до глубокого вечера занят я. Жаль, — ну так пригласи меня на глубокий вечер, тормоз.
— Насколько глубокий? — ой, ну давай сама к нему заявись.
— Позднее, чем вчера. И завтра я пас смотреть кино, — усмехается, отпивая кофе.
— А я больше и не дам выбирать тебе фильмы. С таким-то хорошим концом, — не скрывая иронии бросаю я.
— Ну кто ж знал, что она решит помереть, дура такая.
— Не надо делать вид, что тебя не тронул фильм. Ты тоже плакал."
"— Я пустил слезу, что за весь фильм она так ни разу и не оделась прилично. И даже идиот герой не подарил ей нормальные шмотки. Обе идиота.
— Ну да, ну да. Все дело в шмотках.
— А то.
* * *Если завтрак на удивление прошел хорошо, то дальнейший день, несмотря на полное взаимопонимание с девочкой, нет. За мной попятам шастает то один, то второй придурок.
И теперь я убеждена, что так было и раньше. Чувство, когда за тобой следят, мягко говоря, нервирует.
Я появляюсь дома ближе к семи вечера, удовлетворенная покупками, но обозлённая за слежку.
— Здравствуйте, Даниил Леонидович.
— Радость моя, рад, что ты звонишь мне первая. Но неужели мы снова на «вы?»
— Нет. Это я так, готовлюсь к рабочим будням.
— Ну слава Богу. Кошка, кстати, действительно беременна. И ей вот-вот рожать.
— Класс. Надо почитать как принимать у них роды.
— Я надеюсь, мне это делать не придется.
Как прошел день?
— А то ты не знаешь. Мне не нравится это. Отвратительное чувство, когда за тобой следят.
— Так надо. Это не для праздного любопытства, — даже не отрицает?
— Врешь.
— Пятьдесят на пятьдесят.
— Так не пойдет. Я против этого, и я не шучу.
— Что ж ты сложная такая, Снежана?
— Какая есть. Если я еще раз кого-нибудь увижу у себя под носом — я просто больше не появлюсь на работе. Обещай, что такого не будет.
— Обещаю.
