— У меня не было в комнате цветов.
— Я знаю. Решил приукрасить унылый вид твоей комнаты. Ларек цветочный рядом с чебуречной стоял. Думаю, дай зайду посмотрю. Приглянулись ирисы, — точно, ирисы. Символично.
— Чебуречной? — вдруг доходит до меня.
— Я весь день не ел, у меня уже крыша едет. Хотелось чего-нибудь вредного, раз драников не удалось.
И он реально тянется за пакетом на полу. Когда открывает его и демонстрирует чебуреки вместе с жареными в масле пирожками, у меня самым настоящим образом едет крыша, от этого умопомрачительного запаха.
Цветы, чебуреки и кино в кровати. Да он стратег, однако.
— Фу, чего-то завоняло, да?
— Завоняло? — удивленно перевожу на него взгляд.
— Ага. Романтикой. Прям, фу.
И начинает заливисто смеяться. Так искренне, что я сама лыблюсь как дурочка в ответ.
Глава 37
Глава 37
Мне тяжело. Так, словно нахожусь под грудой камней. Страшно открывать глаза и возвращаться в реальность. Сердце бабахает как ненормальное, когда я ощущаю идиотское чувство дежавю.
Пытаюсь успокоиться и нащупываю руку, стальной хваткой обвившую мою талию. Ну что за дичь в моей голове? Какое дежавю, идиотка? Я засыпала с Даней, здесь не может быть никого другого. Почему же так страшно открывать глаза?
И тут меня осеняет — шрам на большом пальце. Нащупываю эту отметину и облегченно выдыхаю. И палец из руки не выпускаю. Расслабляюсь и открываю глаза. Моя стена. И рука Данина. И вроде все хорошо. Но отчего-то снова хочется плакать и вовсе нет от умершей в фильме героине.
Пора заканчивать с этим, иначе так и помру с перезрелой волчьей ягодой.
Тем более он не спит, я это чувствую. Равно как и понимаю, что, судя по его выпирающему стояку, его явно не смущает моя стремная рубашка. Раз, два, три, четыре, пять. Ну, давай, тормознутая. Все это делают. Ну что ж ты такая трусиха?!
Я не успеваю убрать Данину руку. Он делает это сам. Только в следующий момент я не оказываюсь перевернутой на спину. Он целует меня в макушку и встает с постели. Как это понимать? Поворачиваюсь к нему.
— Спи, рано еще, — тихо произносит Даня и принимается надевать штаны. Из комнаты он выходит, прихватив с собой джемпер и телефон.
Перевожу взгляд на часы: начало девятого. Для меня не рано, учитывая, что я должна провести сегодняшний день с дочерью Влада. Только я бы эгоистично наплевала на это, случись у нас сейчас продолжение.
Я лежу еще минут десять и пялюсь в потолок, совершенно не понимая, как расценивать происходящее.
