Гордон обернулся на Ассада, стоявшего в дверях с чашкой переслащенного чая.
– Пересылала в виде вложений по внутренней сети.
Ассад кивнул.
– А на какой адрес? Ты проверил, Гордон?
Долговязый расправил свое телескопическое туловище и отправился в кабинет Розы, бормоча что-то себе под нос. Значит, не проверил.
Карл навострил уши. Шлепанье кожаных подошв по бетонному полу не принадлежало к числу заурядных подвальных звуков. Так ходили актеры, изображающие нацистов в посредственных голливудских фильмах о войне.
Звук этот не предвещал ничего хорошего и мог быть воспроизведен только фру Сёренсен. Нормальные сотрудники полиции носили обувь на резиновой подошве, если только они не занимали постоянную позицию в непосредственной близости от начальника полиции, а здесь явно был не тот случай.
– Фу, ну и вонь тут у вас! – таково было первое замечание фру Сёренсен.
Над ее верхней губой блестели крошечные капельки пота. Недавно про нее ходили сплетни, что во время приступов жара она сидит, погрузив ноги в тазик с холодной водой, стоящий под столом.
О выходках фру Сёренсен постоянно рассказывали всякие истории, причем редко когда они не имели под собой оснований.
– Только, пожалуйста, не вздумайте прихватить с собой этот ближневосточный аромат, когда будете переселяться к нам, – продолжила она и положила перед Карлом пластиковую папку. – Здесь подробная статистика по вашему отделу. За последние полгода мы не получили от вас ни единого отчета, в связи с чем руководство пришло к выводу, что за данный период вы не сделали ничего существенного.
Но мы с Лизой удивились этому обстоятельству, так как, слава богу, следим за происходящим в Управлении. Мы-то знаем, что несколько раз в течение этого времени благодаря работе отдела «Q» над весьма запутанными делами в прессе появилось несколько любопытных заголовков. И потому я согласна – здесь что-то не так."
"Она попыталась слегка улыбнуться, но, судя по всему, ей не хватило навыка, и улыбка не получилась.
– Вот, Карл! – В кабинет ворвался Гордон, положил распечатку на стол и начал тыкать в нее пальцем.
– Роза отсылала файлы Лизе и вам, Катарина. – Он кивнул даме в знак приветствия. – Сначала исключительно Лизе, а после того, как та ушла в декрет, стала отправлять их почти всегда только Катарине Сёренсен.
Фру Сёренсен, заливаясь потом, в три погибели согнулась над распечаткой.
– А, ну да, – сказала она и кивнула. – Адрес почты верный, то есть письма были отправлены действительно мне.
