Хитрая пташка.
Следующий вопрос снова звучал от меня. А бывшая жена, кажется, втянулась. С ногами забралась на диван, уткнувшись подбородком в колено.
– Я вспоминаю и смеюсь, когда… Продолжи. И жги!
– Когда ты в первый день отпуска пошел купаться в море, а там была куча медуз. Ты вышел весь ужаленный и несколько дней не подходил к воде, – говорит на одном дыхании своим звонким голосом, – я жестокая, знаю.
Лялька ведет бровями и облизывает губы. До смерти захотелось прижать ее сейчас к себе и зацеловать.
Уже чувствую на губах мягкость и влажность. И ее вкус.
В голове какой-то удушливый чад от таких мыслей.
– У тебя через два дня начались месячные, поэтому ты тоже не купалась. 1:1, Кречетова.
– Да, отпуск был… запоминающимся.
Тело погружается в какую-то вязкую волну и затягивает до самого носа, проникая в ноздри и забивая их песком. Мне так много хочется у нее спросить, узнать, но не могу больше давить. Она и так сегодня сделала большой шаг.
– Распусти волосы, Оль, – прошу.
"
"Моя просьба покажется странной, но я больше не могу терпеть. Как наркоман перед желанной дозой.
Бывшая жена медлит минуту, а затем снимает резинку, которая и так еле удерживала тяжелые волосы. Темный каскад падет на плечи, а в мое сердце залетают тысячи ярких пулек, оставляя выбоины.
– Подойти ко мне, – снова прошу.
Когда ее волосы касаются моей шеи, я зарываюсь в них, как и мечтал. Дышу. Руками жадно по спине ее прохожусь. Внутри разгорается неперевариваемое чувство.
Один ее стон, и понимаю, какой я дурак.
Самый настоящий придурок, если думал, что моя жена способна была отдать важную информацию.
Она же моя. Моя. И ничья больше.
Нахожу ее губы и целую так, будто желаю заглотить ее всю. Языками сплетаемся, сталкиваемся. Напор, от которого бьет в пах, как в десяточку.
– Бросай на хер своего Оскара. Возвращайся ко мне, Ляль.
глава 25
Оля.
Ночь была жаркой. И бессонной. Мне удалось заснуть только под утро. Ноги гудели, сердце работало на износ как тракторный мотор, а на лице блуждала счастливая улыбка.
Да, пожалуй, прошлая ночь была самой счастливой за последнее время.
Я не знаю, как долго это продлится, но мне отчаянно не хочется выходить за порог этой квартиры. Здесь мне хорошо, уютно и тепло. Так, как и должно быть.
– Что ты решила, Оля? – голос Макса еще хриплый ото сна.
– По поводу?
Его недовольный выдох немного омрачает идеальное утро. Да, и вопрос в целом тоже.
– Брандт. Уходи от него.
