Уже через несколько мгновений я в гостиной остаюсь одна, а когда выхожу на улицу, то действительно никого из парней не вижу, но уверена, что стоит мне только направиться к воротам, как меня тут же остановят. Впрочем, может, и не остановят, но одну не оставят сто процентов. И к Артему не подпустят.
Я даже поговорить с ним не могу! Не скажу, что это что-то даст, но я планировала вытрясти из него информацию по адвокатам, занимающимся такими делами, как у Динара. А теперь… я жду какого-то другого адвоката, который якобы теперь будет представлять мои интересы вместо Артема? Это же смешно! Муж нанимает мне адвоката для развода.
Чьи интересы он будет соблюдать, и так понятно.
Планирую отвлечься детьми, но Елена неожиданно спускается и говорит, что уложила их спать. Так что ничего другого, кроме как заварить кофе и выйти на террасу, мне не остается. У Елены можно было бы попросить телефон, только вот номера Артема на память я не знаю, а звонить, кроме него, мне больше некому. Те подруги, с которыми мы общались до моего отъезда, наверняка забыли обо мне, да и их номеров я тоже уже не помню.
Знаю только номер Майи, но он уже давно недействителен, потому что живет она в другой стране.
Вот и получается, что сижу я в одиночестве с чашкой кофе. Никого не вижу вокруг. Ни одного человека на открытой территории нет, но я уверена, что они здесь.
— Рустам, — зову негромко.
Проходит пара мгновений, и мужчина появляется в поле моего зрения. Конечно, никакой плащ-невидимку он с себя не снимает, просто выходит из-за угла.
— Можете ребятам сказать, чтобы выходили.
— Они больше вас не раздражают?
Говорит спокойно, но так, что я тут же чувствую себя виноватой. Вынудила здоровых мужиков прятаться, чтобы не разгневать хозяйку. Кошмар какой.
— Вы все меня раздражаете.
— Это для вашего же блага. Артем, он… мутный тип.
— Вы его знаете? — вскидываю голову, глядя на Рустама снизу вверх.
— Доводилось видеться пару раз.
— И что? — не без интереса спрашиваю.
Об Артеме я знаю только то, что он рассказывал сам. Ну и, конечно, отзывы о нем читала, но это лишь его профессиональная сторона. Какой он в жизни, я не имею понятия. Впрочем, и Рустам вряд ли знает.
— Цензурных слов не хватит, — хмыкает.
— Я не маленькая девочка.
— Бабник, ловелас, самоуверенный сукин сын и жутко мстительная сволочь. Простите, что так, такое мнение сложилось.
— Вы или часто его видели, или…
— Мне хватило пары встреч.
