Свободной рукой берет меня за подбородок и отрывает его от моих рук, заставляя мою шею выгнуться под болезненным углом. Не говоря ни слова, запихивает трусы мне в рот, и тут я слышу, как рвется лента. Он наклеивает ее на мои губы, закрепляя трусы во рту, как и раньше. На этот раз они хотя бы не пропитаны водой, но все равно влажные.
Он собирает мои волосы и держит их у основания шеи, все еще откидывая мою голову назад.
— Избранная должна понимать, что такое терпение.
Я пытаюсь приспособить свое и без того ноющее тело, но ничего не сдвигается даже на дюйм.
— Она должна понимать послушание, — свободной рукой обхватывает меня за шею, пальцами впиваясь в кожу, лишая меня воздуха.
Мое тело дергается, пытаясь бороться с ним самостоятельно, заставляя цепи дребезжать, а кровать трястись.
— И она должна понять, что ее тело больше не принадлежит ей, — он целует меня в щеку и отпускает мое горло. Мое лицо снова опускается на руки, и я делаю глубокий вдох через нос.
Его руки касаются моей внутренней поверхности бедер, и я подпрыгиваю.
— Каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждая унция удовольствия, которое получает твое тело, будет исходить от меня, — он мягко проводит руками вверх, и его большой палец толкается в мою все еще болезненную киску.
Я стону, прижимаясь к нему, мое тело гудит. Сердце колотится, я чувствую, как учащается пульс.
— Ты даже не прикоснешься к себе, — вытащив большой палец, он заменяет его двумя пальцами, проталкивая их до самых костяшек, и это так больно. Я всхлипываю, и слезы начинают щипать мои глаза.
— Если ты не подчинишься, ты будешь наказана, малышка.
Я пытаюсь крутить бедрами, пока его пальцы медленно входят и выходят. Я знаю, что он дразнит меня, заставляя быть влажной и нуждающейся. Убрав их, я слышу, как он опускается на колени. А затем его теплый, влажный язык пробегает по моей пульсирующей киске.
Я стону, когда он лижет ее. Его руки поднимаются к моей заднице, и он обхватывает мои ягодицы, раздвигая их. Я напрягаюсь, когда язык продолжает медленно продвигаться выше.
Я пытаюсь сказать ему, чтобы он остановился, но в ответ слышу лишь невнятное бормотание, в, то время как я изо всех сил дергаю свои путы, но безрезультатно.
Его пальцы еще больше впиваются в мои ягодицы, когда его язык скользит по моему анусу. Затем так же быстро все исчезает. Он легонько целует меня губами, прежде чем отпустить мои ягодицы. Но я не расслабляюсь. Я напряжена еще больше, чем раньше.
Нет, нет, нет, качаю я головой.
