Он срывает маску, и на меня смотрят широко раскрытые голубые глаза. Они мгновенно сужаются, когда я моргаю.
— Блейкли? — рычит он. — Что ты… Что ты здесь делаешь?
Я не могу говорить. Вместо этого перевожу взгляд на обесцвеченную блондинку, которую он все еще держит под руку. Она цепляется за него, как типичная пьяная девушка, которая не может стоять на ногах.
— Что это, блядь, такое? — требует Сара, делая шаг вперед. — Кто, блядь, эта сука? — Она всегда была злобной пьяницей. В выпускном классе средней школы она напилась в хлам и ударила своего бывшего парня по лицу за то, что у него не было жвачки.
Вызвали полицию, явились родители. Это был кошмар.
— Эй, — хнычет девушка, а потом смеется. — Я его девушка.
— Нет! — Сара огрызается, дергает меня за руку и тянет вперед. Еще больше алкоголя перекатывается по ободку моей чашки и попадает на мою одежду. — Это его гребаная девушка.
Она хмурится и смотрит на него.
— А? Детка, что она… — икает. — О чем она говорит?
— Ни о чем, — говорит ей Мэтт.
Сара смеется, но в этом смехе нет ни капли юмора.
Его слова выводят меня из транса. Мы начали встречаться на первом курсе, когда я переехала в Пенсильванию из Техаса, чтобы поступить в колледж. Мы знали друг друга в средней школе, выросли в одном городе, но тогда мне не разрешали встречаться. «Нет, пока ты не поступишь в колледж, Блейкли. Именно тогда ты станешь достаточно взрослой, чтобы понимать, что такое отношения», — говорила моя мама.
Я оставалась для него девственницей. Я умоляла его трахнуть меня, и каждый чертов раз он мне отказывал.
Вот она я, мне двадцать лет, и единственное, с чем я трахалась, это фаллоимитатор, которым я даже не знаю, как пользоваться, и вибратор, который прикрепляю к стене, когда мне хочется кричать, чтобы получить разрядку. Он трахнул Габби Симмонс на втором курсе. После этого его число постоянно росло. И, похоже, не останавливается.
Он делает шаг вперед.
— Блейкли…
Я выхватываю напиток Сары из ее рук и швыряю ему в лицо. К счастью, в нем было больше, чем в моем.
Он задыхается, а его девушка закрывает рот рукой, заглушая смех.
— Черт, — рычит он, проводит рукой по лицу, вытирая излишки алкоголя, прежде чем надеть на него свою чертову маску, как будто у меня есть еще, что в него кинуть.
— Все кончено, — говорю ему.
— Блейкли…
— Наслаждайся, — говорю ей, прерывая его широкой улыбкой «пошел ты» и ухожу.
Пройдя на кухню, я останавливаюсь у островка. Положив обе руки на край, я склоняю голову.
