— Пойдем, найдем немного алкоголя, — она тащит меня через коридор на кухню. Помещение большое, с приборами из нержавеющей стали. Справа расположена барная стойка, где в данный момент находятся люди.
Это выглядит как любая другая студенческая вечеринка. Единственное отличие — некоторые одеты как парень впереди — в масках и плащах.
— Кто эти люди? — шепчу я ей на ухо под «Needles» группы Seether.
Она пожимает плечами.
— Если бы у меня был телефон, я бы погуглила.
Что-то подсказывает мне, что Google ни черта не знает о ситуации, в которой мы оказались.
Ритуал? По-моему, звучит по-церковному, с кровью и жертвоприношением. Интересно, это Лорды одеты по-другому? Насколько я знаю, в Баррингтоне не секрет, кто является его членами. О них не так много говорят, но я знаю только то, что рассказал мне Мэтт, а это не так много. Я просто всегда считала, что это что-то вроде братства.
Подойдя к островку, я вижу маленькие стеклянные чаши, выстроенные в ряд. В каждой из них лежат таблетки разных цветов и форм. В некоторых я узнаю Ксанакс3, Перкоцет4 и Аддерал5.
То, что моя мама принимает время от времени, когда у нее стресс или болит голова.
— Что ты хочешь? — спрашивает Сара, оглядывая выстроившиеся в ряд напитки.
— Мне ром с колой, пожалуйста.
Она кивает головой и начинает наливать мне напиток. Закончив, наливает и себе. Мы поднимаем их вместе. Выпив, я кашляю.
— Боже милостивый, — я шиплю на вдохе. — Пытаешься меня убить?
Она смеется.
— Нет. Но хорошая алкогольная кома звучит неплохо.
Она дважды была в реабилитационной клинике, пока училась в школе.
Ее мать пришла домой и обнаружила ее без сознания на полу в собственной рвоте. Она приняла немного Оксикодона6. Сара не склонна к самоубийству, но хотела, чтобы родители заметили ее. Когда это не сработало, она пошла на вечеринку, напилась в стельку и обмотала единственную в своем роде машину своего отца вокруг дерева. У нее еще даже не было прав.
Очевидно, реабилитация ничем не помогла. Думаю, ее родители были просто рады, что она уехала в колледж после выпускного класса.
Теперь она была чужой проблемой.
— Давай. Пойдем, посмотрим, что это за место, — она берет меня за руку и тянет за собой из кухни в коридор. Мы заходим в открытую комнату. Я предполагаю, что когда-то это был бальный зал с высокими соборными потолками. Стены варьируются в оттенках от белого до серого. По черному гранитному полу бегут белые лозы. Это великолепно, как и все остальное, что я видела до сих пор.
Музыка здесь звучит громче.
