Девушки испуганно переглянулись.
— Ясно, значит часто. Я так и знала, — небрежно пожала плечом, как будто мне глубоко безразлично часто или нечасто. Всё равно.
— Нет, нет, вы не правы. Можно сказать, даже почти никогда не приглашает, — Вика управляющая внесла сомнения в мою почти уверенность.
— Что значит никогда?
— Вы не подумайте ничего такого, он себе не позволяет…
— Не нужно его защищать, — чувствую себя злобной училкой.
Даже в своих турагентствах я, скорее мягкий руководитель, чем твёрдый.
Всегда была уверена, сила убеждения действует подчас сильнее, чем взгляд или лай Цербера.
А вот Прохор больше Цербер, говорит, и все должны беспрекословно подчиняться. А если нет, может и гавкнуть.
— Я не защищаю, просто говорю вам правду, — Вика явно недоговаривает правды.
— То есть, приглашал, но редко? — если бы я могла взглядом понять, что там у них в головах.
— На моей памяти, даже очень редко, — ясно, Прохора выгораживает, — и эту девушку мы уже уволили, она была слишком навязчивая.
Не удивлюсь, если…
— Ну конечно, она сама виновата. Всё вышло нечаянно. Не пудрите мне мозги, девочки, — злюсь сама на себя, какого чёрта я притащилась сюда позориться. Теперь уже поздно отступать, — Ладно, я поняла — нечасто. Но это не в первый раз.
Тут им нечего отвечать, притихли.
— Хорошо, мне всё ясно, — я развернулась и пошла к коридору служебного хода.
Зарина поспешила за мной.
— Аделина Александровна, я бы хотела ещё добавить, что Прохор Сергеевич… он вас очень любит…
— Ага, я так и поняла.
Спасибо что напомнили, — усмехнулась я.
— Нет, честно, — не унимается.
— Да, конечно любит, — я остановилась.
— Он просто…
— Что просто? Не выгораживай, ты же сама хорошо понимаешь, что это вчера было, зачем его выгораживаешь?
— Просто он очень хороший человек, и у вас такая чудесная семья, — жалостливо смотрит, чувствует, чем дело пахнет.
Верная. Защищает.
— Была чудесная, тут не буду спорить, — кивнула я.
— Мне бы не хотелось…
— И мне бы не хотелось, но обстоятельства вынуждают, — усмехнулась я.
— Ладно, работайте, — кивнула напоследок и открыла дверь."
"Понимаю, она за Прохора. Он — хороший хозяин, строгий, но справедливый руководитель и хороший человек… Но он оказался дерьмовым мужем, это факт. Он перечеркнул наш брак, в котором хватало всего, кроме элемента новизны, загадочности и простоты использования, прямо здесь и сейчас. Не хватало спонтанности.
