У меня есть одна секунда, чтобы решиться…
Только из памяти не выкинешь довольный взгляд девицы, выходящей из кабинета. Её обличающий, вульгарный жест, ладонь, оттирающая губы… и администратор, которая испуганно тянет меня за пальто…
Я пошевелилась, отодвинулась от края и села на кровати, подтянула колени, обхватила руками. Узнаю дизайн гостиничного номера одной из лучших гостиниц города.
Прохор сидит на краю огромной кровати, участливо на меня смотрит.
— Как ты, милая? — голос его дрожит, прямо как тогда, когда я лежала в горячке в родильной палате, а он был обалдевшим от счастья рождения сына и одновременно волнующимся, что я ещё не пришла в себя.
Только сейчас всё совсем по-другому.
Рядом сидит — лгун, лицемер, изменщик и предатель. Он занимался со мной любовью после того, как кто-то там в его кабинете стоял перед ним на коленях… это невыносимо осознать. Просто невозможно.
— Я хочу, чтобы ты ушёл, — сдавленно проговорила, голос не слушается.
— Не хочешь со мной поговорить?
— Я на тебя смотреть не могу, меня от тебя тошнит, — сказала со злостью и сразу отвернулась.
— Тошнит?
— Да.
— Даже так? — грустно выдохнул.
Я отвернулась ещё дальше, переставила в ту сторону ноги и снова их обхватила.
— Ладно, — он встал, но не уходит, стоит у кровати, почти минуту, из которой каждая секунда как вечность.
Я не знаю, что я буду делать, когда он уйдёт, но также и не знаю, что мы будем делать, если он останется. До чего мы договоримся. Я не стану с ним разговаривать, но мне придётся выслушивать его.
"
"— Нет, я не могу так уйти, — не вижу, но слышу, он по привычке сунул руки в карманы.
Деловой.
Ему кажется, стоит нам поговорить по душам и всё решится. Но это не так.
Он думает, что извинения и покаяния достаточно. Но это не так.
— Я не хочу тебя видеть. Разговаривать с тобой не хочу и не буду, — проговорила ещё раз, чтобы окончательно вбил в свою тупую башку, что он сегодня навсегда потерял.
— Но по-другому, мы никак не решим проблему…
— А я не собираюсь её решать.
— То есть?
— Я не вернусь, — повернула голову и смерила его презрительным взглядом. Он достоин только такого.
Прохор тяжело вздохнул, снова сел на кровать.
— Послушай, милая, я очень перед тобой виноват. Я это признаю. Скажи мне, что я должен сделать, чтобы ты меня простила и вернулась?
— Подумай, чего ты должен был не делать…
— Ну хорошо… я осознаю свою вину. Я не прав. Я виноват. Клянусь, что такое больше никогда не повторится.
