Когда-то она имела гравийное покрытие, но колеса и гусеницы проходящей техники превратили ее в труднопроходимую мешанину из грязи.
Разведчики залегли за обочиной, на повороте. Изредка, буксуя и завывая моторами, по дороге проползали грузовики. Стрелять в водителей было нельзя, до станции рукой подать, услышат. Но и остановить грузовик другим путем нельзя, нереально.
Проскочил мотоцикл с коляской.
Со станции навстречу ему двигалась бричка, запряженная парой лошадей. Впереди, на козлах – деревенский житель, в бричке – два полицая – в черной форме, в кепи, с белыми повязками с надписью «Полицай» на левом рукаве и при винтовках.
Андреев сразу пристал к старшине:
– Товарищ сержант, я их обоих без звука ножом уложу. Позволишь?
– Деревенского тоже убьешь? На фига нам их форма? Немцы небось их на станцию не пускают. Предатели – они везде предатели, в любой армии.
Так и проехали полицаи в десяти метрах от разведчиков, не подозревая, что в какой-то момент на волосок от гибели были.
"
"Но, видно, есть Бог на свете: из-за поворота выполз грузовик. Его мотор несколько раз чихнул, и грузовик остановился. Перед разведчиками был «Опель Блитц», самая распространенная машина вермахта.
Водитель выбрался из кабины, открыл левую половину капота и стал ковыряться в моторном отсеке.
– Вот кто нам нужен! – у Игоря загорелись глаза.
– Попробовать можно… А ты не заметил еще одного немца в кабине? В кепи сидит.
В фуражке был бы офицер, но раз в кепи, значит – младший комсостав, вроде фельдфебеля, по-нашему – старшина.
Андреев наклонился к уху Дахно:
– Товарищ сержант, беру на себя того, кто в кабине. Грузовик сзади обойду, рвану дверь – и ножом! А вот водителя вам брать…
– Самое тяжелое нам оставил?
– Почему?
– Ножом его бить нельзя, форму кровью испачкаем. Остается только по башке бить, и сильно. Хорошо, обходи грузовик. Да в кузов не забудь заглянуть – что там? Осторожнее только…
– Понял.
Ефрейтор пополз вдоль обочины. Старшина дело говорил: грузовик крытый, и кто знает, что под брезентом? Может, там солдаты.
Тогда ног не унести, покрошат вмиг.
Водитель едва ли не по пояс забрался в моторный отсек и, что происходит по сторонам, не видел.
Андреев метнулся на дорогу и стволом автомата осторожно приподнял брезентовый полог, готовый в любую минуту открыть огонь.
Однако в кузове было пусто.
Сзади послышался звук мотоциклетного мотора, и Андреев бросился в кювет, полный грязной воды.
