Но по старой красноармейской книжке он, вернее Семен Катков, – служил в действующей армии с февраля сорок второго года.
– Ну вот, другое дело! А то ломаешься, как девочка.
– Там сослуживцы, товарищи мои. Хотя – вторая группа за неделю… От взвода нашего несколько человек и осталось…
– Воинское братство – великая вещь, понимаю. Когда ты в рейде, твой побратим выручить тебя всегда готов. Большое дело ты с товарищами сделал, Катков. Может быть, сотни, а может, и тысячи солдатских жизней спас, притащив сюда этого гауптмана с его документами.
"
"Когда они шли к медсанбату, порученец внезапно остановился:
– А кто из вас с немцем говорил, документы просматривал? Вдруг «пустышка», начальник ездовой службы?
– Я и общался, – нехотя признался Игорь.
– Ты немецким владеешь? – поразился порученец.
– Ну, не совсем свободно, – дал задний ход Игорь. Он вдруг с досадой осознал – не надо было язык распускать. Вопросы могут возникнуть – откуда? И что он скажет в ответ? Впредь каждое слово контролировать надо.
– Так ты же находка для нашей разведки! Кстати, мы пришли.
В медсанбате порученец сам стоял за спиной хирурга.
Доктор извлек из предплечья Игоря небольшой зазубренный осколок и бросил его в лоток.
– От противопехотной мины – я таких уже повидал немало. Тебе противостолбнячную сыворотку уже ввели?
– Никак нет. На «нейтралке» под минометный обстрел угодили, потом товарищ мой на мине подорвался. Его в клочья, а мне повезло.
– Разведчик? – уважительно спросил хирург.
– Из полковой разведки.
– Обезболивающего примешь? – доктор поболтал склянкой.
Порученец кивнул Игорю:
– Давай, вроде фронтовых сто грамм. Моя бы воля на то была – неделю бы тебя поил.
– Много нельзя, – возразил хирург. – Завтра на перевязку. Через неделю заживет.
– Есть!
Порученец проводил Игоря до избы, где размещался штабной взвод – охрану штаба несли, охрану пленных, пакеты секретные в подразделения доставляли.
– Занимай свободную койку, до утра немного осталось. Позавтракаешь – приходи к ПНШ, он с документами решит.
А начальник штаба наградной лист оформит. Потом – в разведроту. Дивизионная разведка, брат, – это тебе не полковая, тут задания посерьезнее.
Были разговоры в разведвзводе полка, где несколько дней служил Игорь, о дивизионке. Служить в ней, конечно, почетнее, но и гибли там не меньше, чем в полковой. А спрос больше.
Ему показалось, что уснул только, а уже толкают.
– Ты, что ли, Катков? Завтракать пора, и ПНШ по разведке ждет.
