Случайно мину обнаружили, а ведь почти на фарватере главного хода стояла, и тральщики в этих местах проходили. Взрыватели на мине контактного действия, сброшены с судна, минного заградителя.
Мины можно сбрасывать и с низколетящего самолета на малой скорости. Но они выглядят по-другому, и взрыватели чаще магнитные или акустические, реагирующие на крупную металлическую массу транспорта или шум его винтов. А на ботике мотора нет и корпус деревянный. Да и прошли мимо. Если бы не задели веслом, на этой мине в дальнейшем подорвался бы корабль.
И где? В Невской губе, рядом с Ленинградом!
Мина могла быть немецкой, поставленной еще до 1944 года, а могли и финны под покровом ночи поставить. От Ленинграда финские войска были близко, оккупируя Выборг. Их войска занимали все северное побережье той же Невской губы и простреливали большой участок акватории из артиллерийских орудий. Воевали финны зло, ревностно, использовали по большей части немецкую технику и вооружение. Если корабли и подлодки у них были свои, то самолеты – «Мессершмитты» и «Юнкерсы», и танки «T-III» и «T-IV».
Не брезговали финны и русской трофейной техникой. Поскольку немцев от города отбросили, теперь головной болью советского командования становились финские войска.
Вообще железного хлама на дне было много: потопленные суда, мины, неразорвавшиеся авиабомбы, снаряды крупных калибров, стальные тросы противолодочных сетей. И большая часть этого железа представляла опасность."
"Две недели водолазы обследовали и очищали акваторию Невской губы от взрывоопасных предметов – необходимо было открыть свободный проход для кораблей и подлодок Балтийского флота в Финский залив и Балтику.
А еще дать возможность рыбакам ловить рыбу. Рыба – это возможность подкормить изголодавшихся за блокаду людей.
Игорь уже освоился с погружениями, начал приобретать опыт. Конечно, по сравнению с водолазами, прошедшими службу в ЭПРОНе, он зеленый салага. Но служба начинала нравиться, погружения уже не так пугали, а особенно – встречи под водой с мертвецами.
И в зафронтовой разведке, где он служил раньше, был риск, и здесь. Только здесь он был иного рода. Конечно, товарищи с водолазного ботика подстраховывали, у каждого водолаза к поясу был привязан линь – тонкая веревка. Через линь обменивались сигналами, используя для этого рывки. Этим же линем могли в случае опасности вытащить водолаза.
У каждого водолаза на ремне был нож, поскольку они, бывало, запутывались в рыболовных сетях.
