Русским город известен тем, что здесь родилась будущая царица Екатерина II, отец которой был губернатором города. С 1935 года в городе размещался штаб второго военного округа вермахта. После войны, под давлением Советского Союза, город был передан Польше.
Игорь въехал в город и, увидев первого же военного, остановился и спросил, где находится ближайший госпиталь. Майор не был ему другом – не был даже союзником, но благодаря ему Игорь проник на Узедом. Другой бы вышвырнул майора в придорожную канаву, но Игорь решил: коли уж майор дотянул до Штеттина, это знак свыше.
Сдаст он его в госпиталь, а там судьба распорядится, жить ему или умереть. А если повезет выжить, его смогут найти наши и продолжить сотрудничество.
Доехав до госпиталя, он забежал в приемное отделение, потребовал санитаров, и майора на каталке перевезли из машины в здание госпиталя.
– Все документы у майора в кармане. Он ранен на Узедоме, попал под бомбежку, – объяснил Игорь."
"Отъехав от госпиталя, он остановился у ближайшего кафе. Надо было подкрепиться и продумать, как действовать дальше.
Вариантов было немного. Можно было гнать машину в Минск, за помощью к капитану или переходить фронт самому. Но в одиночку, да с мешком документов, да без предварительной разведки местности и дислокации войск делать это было очень рискованно. И не за собственную жизнь боялся Игорь – он боялся за документы. Он не технарь и не может в полной степени оценить, насколько ценны и важны документы. Но раз немцы держали их в хранилище, наверняка в них есть технические секреты.
Игорь же, как человек из будущего, понимал важность обладания ракетным оружием для любой армии мира. Только любая армия его не интересовала, он хотел максимальной пользы для своей страны.
Поев, он сел в машину и пересчитал деньги. Не так много, как требовалось, – в пути надо было еще заправить машину и поесть, но до Минска дотянуть можно. Другой вопрос – найдет ли он капитана? Не факт, что Михаил будет оставаться на прежнем месте. Он мог сменить подпольную квартиру или уйти в лес, к партизанам.
Уже выехав за город, он загнал машину в лес – надо было все же упаковать ценный груз покомпактнее, в один мешок. Это ему удалось, хотя мешок был уже полон, и он еле завязал горловину. В ранец бы его утолкать, да не влезет. Ранец у солдата внимания не привлечет, а мешок – запросто, поскольку на нем черной краской был нарисован орел со свастикой и непонятная аббревиатура А-4. Что это такое, Игорь не знал.
Он выбрался на дорогу.
