Мне стыдно признаться, но с человеком, которого я думала, что любила несколько лет, и с которым прожила в браке целых два с половиной года, я не хочу встречаться, говорить и контактировать даже виртуально. Я перестала навязывать себе чувства, которых никогда не было, и оказалось, что между нами пустота.
– Ты опаздываешь? – спрашиваю Лешу, бросив взгляд на циферблат на экране телефона.
– Успею, – говорит негромко, опираясь на сложенные на столе локти и наблюдая за моими метаниями по кухне, – Нервничаешь?
Утренняя суета и его мимолетные касания значительно притупляют чувство тревоги, но не избавляют от него полностью.
Но я храбрюсь. Разгоняю стеснение в груди глубокими вдохами и держусь на плаву, вдохновляемая искренней заботой во взгляде Лешки.
За ребрами скребет нехорошее предчувствие.
– Немного, – признаюсь я, – Просто нужно как-то пережить этот день.
– У меня встреча в федерации, но я планирую приехать в суд.
– Не надо, Леш… Я уверена, что сегодня все закончится.
Я действительно не хочу, чтобы они встречались.
Зачем?.. Чтобы снова оказаться под перекрестным огнем и чувствовать себя униженной Станисом в присутствии Денежко?
– Я тоже в этом уверен, но приехать постараюсь.
– Хорошо, – уступаю я, шагая за ним в комнату.
Арсений должен вот-вот проснуться, а Ромка прыгает на диване, пока его отец собирается на работу. Надевает темно-серые деловые брюки и белую рубашку. Кусая губы, я завязываю галстук. Мне до дрожи в коленях нравятся на нем рубашки. Когда-нибудь я осмелюсь и озвучу Лешке свои грязные фантазии.
Потом просыпается Арс, и мы все вместе провожаем папу на работу. Опыт новый и для нас с мальчишками, и для него. Это видно по неслаженным движениям и слишком горячему поцелую, от которого меня с головы до ног заливает жаром.
Потом он уходит, а я, накормив малышню, спешно собираю их к моим родителям. Папа должен забрать их до вечера. Двухчасовая возня, озвученная визгами и писками носящихся по квартире близнецов, два забитых игрушками под завязку рюкзака и, наконец, время для моих личных сборов.
Я не хочу выглядеть нарядной в суде. Для меня сегодняшний день не праздник, а завершение тяжелого этапа моей жизни. Поэтому тон, тушь, розовая помада и серый брючный костюм – все, что составляет мой образ сегодня.
К зданию суда я приезжаю чуть раньше назначенного времени и жду своего адвоката со стаканчиком кофе в руках в холле первого этажа.
Коновалов является через десять минут. Вместе мы поднимаемся в зал заседания и заходим внутрь.
