Ведь это лишнее так откровенно касаться постороннего парня, тем более, учителя.
Только всё это до меня доходит слишком поздно, когда все, кто сидит в зоне видимости, начинают пялиться на нас с широко распахнутыми глазами.
В этот момент мне хочется стать невидимкой, потому что я прямо кожей чувствую, как одноклассницы в своих фантазиях сжигают меня на огромном костре. Как ведьму, да. Потому что в их понимании такая толстуха, как я не может добиться внимания такого красавчика, как Степан. Разве что с помощью приворота, и никак иначе.
Резкими быстрыми движениями Саныч скрывает свой классный торс от посторонних глаз и объявляет громогласно:
– Ребят, а кто хочет в магазин? Васильич, остановись, скоро супермаркет должен быть как раз по дороге, – обращается к водителю автобуса.
Про меня все забывают мгновенно, начинают бурно обсуждать, что купят и как сильно проголодались.
А я только и могу, что с благодарностью смотреть на физрука.
– Спасибо, – шепчу ему, стараясь отвести взгляд, чтобы не прожечь в красавчике дыру.
Степан ничего не отвечает, но так очаровательно подмигивает, что я таю. Растекаюсь по сиденью и никак не могу собрать свою тушку в кучу.
Через несколько минут автобус притормаживает возле небольшого супермаркета, и весь класс гурьбой направляется к выходу. Я одна сижу и выходить не собираюсь.
– Тебе купить что-нибудь? – спрашивает Степан. Негромко, так, чтобы никто кроме нас с ним не услышал.
А я вместо того, что бы ответить категоричное «нет», неопределённо пожимаю плечами.
И он опять подмигивает, а потом уходит вместе с остальными.
Когда класс скрывается за дверьми супермаркета, я тоже выхожу из автобуса, чтобы немного размяться. До плато Лаго-Наки осталось ещё около часа пути, но вдали уже виднеются очертания гор. Такие величественные, но пока ещё далёкие.
– На одних яблоках, Верочка, далеко не уедешь, – звучит совсем близко, и я буквально подпрыгиваю на месте от неожиданности.
Степан стоит рядом со мной, настолько близко, что если бы нас увидели девчонки из класса, то непременно побежали бы искать камни вдоль дороги, чтобы закидать меня ими.
Но мы стоим позади автобуса, и нас не видно из дверей супермаркета.
– Йогурт? – Саныч протягивает мне бутылку с питьевым йогуртом. – Или злаковый батончик?
А до меня вдруг доходит, как он меня только что назвал. Верочка… Так тепло, нежно.
– Нет-нет, я ничего не хочу, – отмахиваюсь от учителя и выставляю руки перед собой, будто защищаясь.
– А шоколад без сахара? – продолжает искуситель.
