– Сама ты глист! – фыркает Люба.
Ой, я лишнего взболтнула, кажется.
– Прости, – бросаю мимоходом, не сбиваясь с заданного курса. – Ты не знаешь, как только я воткну циркуль с покрышку, сразу сигнализация сработает? Или у меня будет время убежать?
Фирсова изображает фейспалм и громко вздыхает.
– Ладно, я поняла. Буду на низком старте, – заключаю и останавливаюсь возле заднего колеса. Чтобы меня не сразу заметили, если что.
Ширяю остриём циркуля в покрышку, но ничего не происходит. Странно. Я думала, сразу раздастся тихий «пшш», и я смогу полюбоваться результатом своей работы.
– Вера, – надрывно хрипя, произносит подруга."
"Поднимаю голову и вижу, что Любочка активно машет руками, словно утопающий умоляет о помощи. Тыкает пальцем в сторону калитки и выпучивает глаза так сильно, что кажется, они сейчас пробьют оправу очков.
– Что там та… ко-е, – договариваю шёпотом и прячусь за багажник машины.
– Ой, Степан Александрович! – восклицает Люба и уверенным шагом идёт навстречу физруку. Я Саныча пока не вижу, но понимаю, что он где-то поблизости нарисовался.
– Здравствуй, Фирсова, – отвечает проникновенный бас.
Неожиданно осознаю, что по телу вдруг пробегается маленький табун мелких, но очень колючих мурашек. Будто иголками тоненькими кто-то меня колет. Это из-за чего вдруг? Голос Ильина на меня так действует?
Странная реакция, обычно я по-другому пугаюсь. Дрожать начинаю и частые сердечные ритмы отсчитывать, а тут сижу спокойно за чужой тачкой и прислушиваюсь к разговору.
– Ой, а… – в диалог вновь вступает голос Любы.
Не вижу сейчас её лицо, но так и представляю, как она жуёт губы и пытается придумать, как отвлечь физрука.
– Вера! – Фирсова оказывается рядом со мной.
Резко подскакиваю на ноги и прикладываю ладонь к груди. Пытаюсь угомонить сердце, которое лупит о рёбра и норовит сорваться с тросов, чтобы улететь в пропасть.
– Ты чего так пугаешь? Я чуть не умерла прямо тут! – опасливо озираюсь по сторонам, но никого, кроме парочки учеников младших классов, идущих в сторону тротуара, не вижу.
– Ильин в школу обратно пошёл за чем-то, бежим, пока он не вернулся! – торопит Фирсова.
Нетерпеливо постукивает по земле носком объёмных кроссовок с высокой подошвой и без конца поправляет съезжающие на нос очки.
– Я ещё не доковыряла колесо, подожди! – возмущённо выпучиваю глаза и стреляю взглядом в сторону узорчатой покрышки.
– Да угомонись ты, Мышкина! – подруга всем своим мелким весом виснет на моём локте и пытается оттащить в сторону.
