Курсантки прекратили свои занятия, завороженные лакомством.
— Знаменитые эльханские пончики, от которых не толстеют, — улыбнулась я. — Угощайтесь на здоровье!
На ужин сегодня была безвкусная тушеная капуста.
Поэтому, даже если и другие курсантки изначально были настроены ко мне скептически, то перед такой вкуснятиной не устоял никто, даже Антония."
"Отовсюду неслись почти что неприличные стоны — девушки поглощали пончики.
Не зря Сапфир лично сколдовал сложный портал, смотался в Эльхан и, прикинувшись обычным фамильяром, приобрел их в специальном фирменном магазине.
— Это просто божественно! А если от них не толстеют, то божественно втройне! — облизнулась Норна. — А у тебя еще нет?
— Может быть, мне еще пришлют из Эльхана пару коробок, — обнадежила я.
И тут дверь комнаты открылась — на пороге показался большой букет алых роз. А затем и парень в форме курсанта, который держал его в руках, словно бы прятался за ним.
Это кто же у нас тут цветочки-то принес, а главное, кому?
ГЛАВА 45
Звали этого парня Поклеван Дунбар, и в очереди на звание главного лузера академии он шел следующим после меня в образе Бьянки.
Поклеван был бы первым, если не его уникальное воплощение, с помощью которого он мог узнавать природу различных веществ, органических или неорганических — правда, ради этого ему приходилось пробовать их на вкус, б-р-р-р!
Для этого Дунбар обращался в огромного, жирного, истекающего жижей слизня, покрытого маленькими ресничками.
Затем ему стоило попробовать на вкус, например, оставленный преступником след, и тут же выдать об этом преступнике какую-нибудь информацию.
Желудок Поклевана мог проанализировать, а потом переварить все, что угодно!
Парню уже прочили карьеру знаменитого криминалиста. Правда, учитывая его воплощение и достаточно простое происхождение, особой популярностью Поклеван у девушек не пользовался. Да и парни отказывались с ним дружить.
Слизняковая природа накладывала свой отпечаток, и когда он был не в воплощении.
Дело в том, что Поклеван был до ужаса неопрятен.
Тучный, плохо пахнущий, он крайне редко мылся и стирал свои вещи. Его форма вечно была в каких-то крошках, пятнах от соуса и еще бог знает от чего.
За неопрятность он получал выговоры, после которых таки доползал до душевых, но затем все повторялось вновь.
Поклеван даже по утрам не умывался, а чистку зубов считал и вовсе обременяющим и крайне бесполезным мероприятием.
Но самое интересное, этого товарища угораздило влюбиться в мою сестрицу Антонию.
