На светло бежевых стенах были развешаны портреты известных полиционеров, а так же герб королевства. Чудной, кстати, это был герб — что-то вроде фиолетовой кляксы. Зато тут еще висел портрет короля Тибальда.
На короля он, если честно, не особо тянул — ну чисто просто-препростой свойский паренек с подворья.
Так же каждому койко-месту полагался стул.
Вещи следовало хранить в деревянных шкафчиках, из которых состояла вся дальняя стена.
Очень по-спартански.
Единственным выбивающимся из всей этой строгости предметом был большой нарисованный плакат с симпатягами-музыкантами в красных обтягивающих кожаных костюмах.
Фронтмен, красавчик Шайен О'?Брайен с длинными огненно-рыжими волосами и впрямь был очень и очень привлекателен!
Недаром курсантки с ума по нему сходили.
«Заклинатели сердец» — было подписано внизу.
— Королева, мы сейчас мигом организуем отдельную комнату, достойную такой царственной особы, как ты, — Рубин прыгнул мне на колени.
— Сами знаете, согласно плану я должна жить здесь, — напомнила, задумчиво разглядывая плакат с «Заклинателями».
Погладила котикодемона, и остальных тоже, чтобы не обижались, а потом дала им кое-какое задание, от которого они дружно скривились, и отправилась на фехтование, после которого состоялась прогулка с ректором к водопаду.
Когда я вернулась в комнату, было уже довольно поздно и мои соседки сидели за столом. Каждая занималась своим делом — кто-то подшивал форму, кто-то писал конспект по дракологии, кто-то читал.
А на соседней кровати со мной оказалась…
Сестричка Антония!
Вот уж свезло, так свезло!
— Ну, и как экскурсия от самого ректора? — насмешливо спросила меня одна из соседок — рыжая девушка по имени Норна.
— Или это правильнее назвать свиданием?
Все взгляды скрестились на мне в ожидании ответа.
— В моей жизни бывали «экскурсии» и получше.
Я достала из чемодана белоснежную коробку, увитую яркими шелковыми лентами и перевязанную бантами, и поставила ее на стол.
— Проставляюсь за свой приезд.
Банты развязались сами собой, и коробка открылась тоже сама собой.
Вокруг нее клубились мельчайшие частички золотистой пыли.
Внутри, на промасленной бумаге лежали пончики, покрытые розовой, шоколадной и белой глазурью. Они были окутаны пудрой, словно волшебным облаком — перед манящим ароматом этих пушистых шариков просто невозможно было устоять. Нежный крем, сладкое повидло и кофейное пралине — начинки тоже были на уровне.
В скромной казенной обстановке от яркой коробки словно повеяло теплом, домашним уютом.
