– Не знаешь ли ты, кто живет там?
– Я… – Салмакай неуверенно взглянула на мужа, – я знаю, что в ту сторону живут другие племена, они тоже говорят на понятных языках. Мой отец немного торговал с ними.
– Тебе известны названия тех племен?
– Там живут по обе стороны реки мокшет, эрзят – иначе арсу, морама… – вместо жены ответил Байгул.
– Ты бывал там?
– Я часто езжу туда – чермису ведь наши данники! – И Байгул снова с любовью взглянул на свою супругу, имея в виду, что в ее лице получил с этого племени наилучшую дань.
– Их женщины носят украшения вроде того, что на поясе у госпожи? Со многими звенящими подвесками?
– Это верно. У них много таких украшений: и круглых, и треугольных, и с подвесками.
– Слышал, брат? – Свен перевел взгляд на Годо, чувствуя, что сейчас сделал открытие, стоящее целого мешка серебряных шелягов. От важности открытия у него кружилась голова. – Вот туда-то нам и нужно! На реку… как ты сказал? Волг…
– Волгыдо.
– А если ее назвать Валга – это же будет одно и то же?
– Да, пожалуй.
– В ее верховьях живут мерен, они – данники моего господина, Олава. Если мы попадем на нее, то уж, верно, отыщем дорогу к своему дому.
– Кажется, я слышал от чермису о племени мере, – кивнул Байгул. – Но вам придется пройти через чермису и морама, а это тоже весьма воинственные люди. – Он усмехнулся, сузив глаза. – Теперь припоминаю, они рассказывали, будто деды их враждовали с русами, поэтому они больше не допускают ваших на свои земли. Возможно, как раз потому, что мере попали под власть ваших царей, а чермису не желают стать чужими данниками.
В этом, как ты понимаешь, я принимаю их сторону.
Байгул усмехнулся, давая понять, что отнять данников у булгар он никаким русам не позволит.
– Если знатная женщина из чермису занимает место хозяйки в твоем доме, значит, они не останутся глухи, если ты передашь им просьбу отнестись к нам дружелюбно! – ликуя в душе, ответил Свен. – А уж мы знаем обычай вежливости и за дружбу заплатим хорошими подарками!
В это время начали подавать настоящее угощение: похлебку из требухи, мясо, запеченное в бараньем желудке, рыбную похлебку по черемисскому обычаю, жареную баранину, большой пирог из просяного теста с начинкой из мяса и рыбы.
За время еды братья постепенно рассказали и про свою неудачную попытку пройти через переволоку, и про столкновение с буртасами. К счастью, под рукой был Мамалай, подтвердивший, что буртасы первыми напали ночью на русский стан, а вдохновили их известия, что русы не отдаляются от реки.
