Шли они семь лет указанным путем, сражались с горными людьми и степными людьми и наконец пришли туда, где сливались две реки – Ак-итиль и Кара-итиль. Зарезали братья утку и принесли в жертву Великому Тэнгри. «Грозный и могучий Тэнгри! – сказали они. – Прими нашу жертву и сделай так, чтобы племя наше крепло и росло! Храни нас, великий Тэнгри, от зол и бед, от врагов, от злых духов, от болезней, от голода и прочих напастей. Пусть плодится наш скот, пусть растут наши стада, пусть все желания наши сбываются!» Так вот каждый из братьев, сыновей Улыпа, и дал начало своему племени.
Один поселился выше по Юл-реке, а другой ниже…
– Постой! – Годред нахмурился. – Семь лет, ты сказал! Это что же – нам семь лет от моря до Булгара грести?
По толпе слушателей пробежал недовольный и даже возмущенный ропот.
– Я не согласный! – загомонили там.
– Семь лет!
– Еще чего!
– Да мы все поседеем!
– Так нет же! – поспешно нашелся Мамалай. – Это сыновья Улыпа шли семь лет, а в наши времена люди справляются быстрее!
– Но ты ж сказал, они были великаны и сосны им по пояс! – воскликнул Борила из Помостья.
– А… это они великаны, но люди, которых они вели с собой, были совсем маленькие! Меньше нынешних! – Мамалай показал руками что-то размером с белку. – Вот поэтому братьям и приходилось идти медленно, чтобы не растерять все свое племя!
Вокруг негромко засмеялись.
– Старик врет как дышит! – хмыкнул тот из вождей, что в красном кафтане. – Все-таки, Свенька, надо бы его того…
Он снова провел пальцем под горлом, но второй махнул на него рукой:
– Да погоди ты! Занятно же врет, давай послушаем.
Мамалай счел, что может продолжать."
"– Но Булгар был старшим из братьев и более удачливым, поэтому в его потомстве давно уже правят великие каны. А Буртас был менее удачлив, у них даже нет своего царя, и в каждом яле правит свой акбаши – старейшина. И если он глуп и самонадеян… ты видел, господин, что из этого выходит. Мне рассказывали, что второй бий, Иштен, был поумнее Сартая и отговаривал его от того набега, но жадность лишила людей разума.
Буртасы – это все бедняки. У них только старейшины имеют скот, чтобы летом уходить в кочевье, как приличные люди, а по большей части они сидят на полях и ковыряются в земле, как… – Мамалай хотел сказать, «как славяне», но не посмел, помня, что многие среди русов знают язык славян, а значит, тоже принадлежат к этому народу. – Да, еще я должен рассказать, откуда сыновья Улыпа знают земледелие.
