Раздался шорох шагов – позади, вовсе не там, где должны быть свиньи. Ерай хотел обернуться, закричать, но не успел ничего: что-то твердое, тяжелое обрушилось на затылок, в глазах вспыхнули звезды – и тут же погасли.
Напавший на Ерая сделал знак двоим своим спутникам, и те шустро скрылись в лесу. Сам он вернул кистень с каменным билом за пояс, подхватил распластанное по земле тело под мышки и оттащил за кусты. Там деловито обшарил, избавив от топора, ножа, поясного кошеля и двух браслетов – из серебра и бронзы, – которые надел себе на руку.
На поляну стали выбираться из кустов вооруженные люди – все больше и больше.
– Айда![17] – негромко бросил вожак, и вся ватага устремилась к ограде русского стана.
Тревога поднялась за миг до того, как затрещала и стала валиться огорожа, раздираемая сразу десятками рук…
* * *Тумай, старший в войске Мерямаа, в ту ночь спал плохо. С самых сумерек словно что-то давило на сердце, не давало покоя. Дважды он вставал и шел проверять дозоры. Вернувшись в шатер в очередной раз, прилег, не разуваясь, и только начал погружаться в неустойчивую дрему, как услышал истошный крик дозорного у огорожи.
С быстротой ветра шум разлетелся по всему протяженному стану. Раздался громкий рев, треск ломаемого дерева. Тут уж ошибки быть не могло – кто-то пытался разнести огорожу. Тумай услышал его, уже выскакивая из шатра – в криво нахлобученном шлеме, с мечом в одной руке и щитом в другой.
– Все ко мне! – во весь голос кричал он по-меренски и по-русски.
– Мерен! К оружию!
Отовсюду сбегались бойцы. У огорожи раздавался шум схватки – звон железа, треск дерева, крики. А еще слышался низкий слитный вой – это подавал голос прорвавшийся в русский стан враг.
Напали на русов двумя отрядами. Первый отряд сразу проломил ограждение. Трудно было разобрать в темноте, сколько их – ночных шайтанов в темной одежде, с вымазанными сажей лицами, что рубили сбегающихся русов, норовя пробиться к лодьям. Второй отряд налетел следом, но в другом месте: сперва выпустили тучу стрел из-за ограды, отгоняя дозорных, затем начали ломать ее.
В двух местах даже пробили, но тут же нарвались на топоры и копья подбежавших десятков Кудая и Вараша.
Драка шла уже в русском стане. Самые торопливые из нападавших успели в темноте проскользнуть к лодьям, среди них был даже один всадник, но на этом их удача и кончилась: в каждой лодье оставались спать по несколько человек, и у них было время проснуться и вооружиться.
