Теперь оставалось ждать, когда она напряжется, натянется до некой средней точки и начнет звенеть. Лишь тогда ее можно будет настраивать, как струну на музыкальном инструменте.
– Врут все, – коротко ответил Смотрящий и улыбнулся. – Цены сбивают. Не поддавайся вражеским проискам партнеров, Чингиз. Чего тебе опасаться?
– Не хочу, чтобы мои дети снова пошли мести московские улицы и скупать старые вещи.
– Даже твоим правнукам это не грозит.
Олигархи, кажется, начали думать не о сегодняшнем – о грядущем дне, чего раньше у «голодных» не наблюдалось в принципе.
– Но ведь когда-нибудь это произойдет?
– Непременно, – согласился Сторчак. – Это произойдет. Когда-нибудь.
Хан, который, вероятно, перед этим ночей не спал, измученный тяжкими мыслями, отер уставшее, одутловатое лицо и возложил руки на круглый, спущенный книзу, ханский живот, лежащий в штанах, как глобус.
– Мне кажется, очень скоро, – обреченно вымолвил он. – И это не происки партнеров.
– Что же тебя напугало?
Будучи Анатолием, Чингиз так старался выпутаться из нищеты и подняться, что вместе с производством успевал еще серьезно заниматься наукой, защитил докторскую диссертацию и среди своей братии слыл человеком ученым, что подтверждало его эталонные качества.
Сейчас он не спеша извлек из барсетки две бархатные коробочки, в коих обычно держат украшения, поочередно раскрыл их и выставил перед Смотрящим. А у того сначала даже промелькнула мысль, что Алпатов сошел с ума и притащил взятку в виде каких-то драгоценностей, хотя еще со школы капиталистического труда знал, что Сторчак никаких подобных подношений не принимает.
– Полюбуйтесь, уважаемый Михаил-ата, – прежним тоном проговорил Чингиз. – Как вы думаете, что это?
Содержимое коробочек находилось в запаянных стеклянных пеналах: в одном какая-то серебристая стружка в виде запятой, в другом – крупная, массивная печатка.
– Если вам трудно рассмотреть, я могу разбить стекло. – Он достал молоточек. – Хотите? И дам лупу. Я проводил экспертизу…
Сторчаку не нужно было ничего разбивать и показывать.
Этот металл он мог узнать даже беглым взглядом, поскольку в ящике его рабочего стола лежал целый брусок, так же запаянный в стеклянную ампулу.
– Химически чистое железо, – прокомментировал Хан. – Здесь образец в виде стружки. А здесь уже ювелирное изделие.
Смотрящий пожал плечами:
– Откуда это у тебя?
– Помощники прикупили по случаю, через интернет-магазин. Диковина…
– А что, теперь модно?
– Скорее, престижно. Исключительно гламурные вещицы.
