И его противник обрадовался такой возможности и, безрассудно перекинув нож из левой руки в правую, нанес этот удар."
"Вооруженная кисть угодила в самый последний момент в скрещенные руки Сосновского, и он рывком вывернул руку парня с такой силой, что там у него что-то хрустнуло. Рука или вывихнута, или сломана, и у этого человека такая сильная боль, что он некоторое время не опасен. Опасность за столом. Да! Наган! Сосновский выдернул из руки раненого нож, схватил свою жертву сгибом локтя за горло, прикрываясь его телом, как щитом.
Худой никак не решался выстрелить, пытаясь найти брешь в живой защите. Но он мог выстрелить и сквозь тело своего бойца. Что ему? Сосновский чуть отстранил парня и ударом вонзил ему финку в шею пониже мозжечка. Тот сразу ослаб, у него подогнулись ноги, но Сосновский толкнул тело вперед на стол. В зале снова завизжали женщины, где-то далеко на улице раздались милицейские свистки. А тело упавшего помешало худому выстрелить. Помешало всего на полсекунды, но и этого времени Сосновскому хватило, чтобы выхватить из-за ремня пистолет и дважды выстрелить.
Одну пулю он всадил в плечо главарю, вторую возле его головы в стену. Да так, чтобы того осыпало всего штукатуркой.
За спиной грохнул выстрел. Это Коган выстрелил вверх, чтобы никто не совался. Левой рукой он подхватил тяжелый стул и с размаху разнес вдребезги высокое оконное стекло. Через секунду они вместе с Сосновским выскочили на улицу. Снег хрустел под ногами, когда они бежали к соседнему переулку, где ждала машина.
Коган только успел вопросительно глянуть Михаилу в глаза. Тот кивнул, мол, все в порядке, я цел. Еще двадцать метров и поворот, двигатель черной «эмки» работал, Буторин сразу распахнул дверь. И едва оперативники запрыгнули в машину, он рванул ее с места, борясь с заносом на рыхлом снегу. Машина свернула на соседнюю улицу и понеслась сквозь снегопад. Сосновский и Буторин поспешно стали натягивать в холодной машине полушубки.
– Ну, как успехи? – осведомился Буторин, посматривая в зеркало заднего вида.
– Нормально, – отозвался Коган. – Все вели себя смирно. Но, как мы и предположили, гуляли сегодня там не простые урки. Бойцы у него крепкие. И рядом, и те, что выход прикрывали. Или вход. Смотря чего они опасались.
– Ты сильно их потрепал, Миша? – снова спросил Буторин, сбрасывая скорость, убедившись, что погони нет.
– Сильно. Один убит, двое раненых, включая главаря. Я ему плечо зацепил. Но я чист, они первыми за оружие схватились. Как мы и предполагали.
