– Вот и чудненько, – она целует меня в щеку, проходя мимо, и ее светлые волосы щекочут мне нос.
– Вот и чудненько, – повторяю я, оставшись в комнате одна.
Щелкаю выключателем, и помещение погружается во тьму. Я же остаюсь в смятении. Стандартная эмоция при общении с мамой. Она вроде бы участливая и заботливая, но во всем чувствуется неуловимая железная хватка юриста. Профдеформация. Или характер. Черт ее знает."
"– Жень! – кричит мама с кухни. – Я же говорила тебе ставить тарелки в низ посудомойки!
Я вздыхаю и иду к ней:
– Да, мам, извини, но она же полупустая, какая разница?
– Такая разница, что есть правила, и их придумали не просто так.
– Да какие правила, мам? Это же ты сама и придумала.
– Ты видишь вот эти штырьки? – она надавливает мне на плечо, заставляя нагнуться. – Они тут не без причины. А специально для тарелок. И где? Внизу.
Я закатываю глаза и молча переставляю посуду так, как ей нужно. Разгибаясь, смотрю на маму, которая уже безмятежно наполняет свой бокал вином. Оно холодное, и стекло сразу запотевает.
Мама снова выглядит, как белокурый ангел, особенно в своем молочном шелковом халате.
– Так что там с проектом?
– Ничего, – бормочу я, растеряв все воодушевление.
– А какая тема?
– Дружба.
– Что, без конкретики?
– Мам, – я уже откровенно нервничаю, – какая разница? Мой же проект. Я сделаю.
– Но ты же в нем не одна, – напирает она.
– Надо будет, сделаю одна! – рявкаю я. – Спокойной ночи!
И сбегаю в свою комнату. Захлопываю дверь, прислоняюсь к ней спиной и выдыхаю.
Не знаю, что со мной. Я всегда так тянусь к маме – и не могу выдержать рядом с ней и двух минут без истерик. Она всегда так давит! Словами, интонацией, энергетикой. Сразу хочется телепортироваться в любую другую точку планеты. Хотя повода ведь не было. Не было же? Она ничего плохого не сказала, просто интересовалась моей жизнью. Кто-то посчитал бы это за счастье. Я сразу чувствую ощутимый укол совести. Зря я так. Беру из шкафа пижаму и иду в ванную. В коридоре медлю и шагаю дальше, на кухню. Неловко замираю на пороге:
– Мам, извини.
– Ничего, зайка. Ты, наверное, просто устала? Проект – это большая ответственность.
Она сидит, положив ноги на соседний стул, пьет вино, смотрит телевизор. Перед ней тарелка с сыром. Вся эта картинка – идеальная. Как запотевший бокал, как стройные ноги моей мамы, как ее нюдовый свежий педикюр. Хотела бы я быть такой же.
– Да, – бормочу неразборчиво, – большая ответственность.
Захожу в ванную и там тоже пытаюсь расслабиться.
