Да, ныне в городе рулит ставленник императора, известный своей нелюбовью к Арнаму, да и вообще влиятельным персонам. Он из тех, кому милей простые люди. Что ж, до императора обязательно дойдёт весть о поведении Илюра Сапеги. Вот только вряд ли император на губернатора будет хоть как-то воздействовать.
С подобными мыслями Кирин обошёл чудовище и подошёл к его полуоткрытой пасти. Клыки размером с человеческую руку торчали наружу.
— Какой ты красавчик, — пробормотал себе под нос Кирин, ставя чемоданчик поблизости от себя.
— Из тригофагов, судя по всему?
Да, ордену были известны и такие монстры, о которых общественности ничего известно не было. Но свои классификации они старались не показывать другим.
Демоноборец открыл чемоданчик и вытащил из него анализатор. Затем включил его и поднёс к клыкам, на которых явно засохла чья-то кровь.
На экране тут же появились непонятные иероглифы. Точнее, непонятны они были лишь для непосвящённых. Кирин же твёрдо знал, кровь на двух клыках монстра принадлежит демону.
И не просто какому-то демону, а демону по имени Йонир.
Демоноборец надел перчатки, взял специальную ёмкость и резак наподобие скальпеля. Аккуратно, чтобы не счистить лишнего он отправлял засохшую кровь в стерилизованный контейнер, который затем будет герметически закрыт.
— Что вы делаете? — спросил его мужчина с залысинами, в очках и белом халате, проходивший мимо. — Зачем вам соскобы с клыков?
— Чтобы понять, откуда он прибыл, — пожав плечами, ответил Кирин. — Мы до сих пор не оставляем попыток понять, откуда берутся монстры.
Если он там кого-то жрал, это будет ясно по соскобам.
— А-а, — протянул мужчина и махнул рукой. — Тогда ладно.
Он ушёл, а Кирин презрительно скривился. Ему не нравились глупые люди. А глупыми он считал почти всех, кроме себя и Арнама Дэуса.
Закончив с частичками крови, он тщательно закрыл контейнер и взглянул в него на просвет. На дне явно виднелись коричневые пылинки засохшей крови.
— Ну вот ты и попался, Йонир, — едва слышно проговорил Кирин и улыбнулся.
— Тебе конец!
Глава 18
На том конце повисло тревожное молчание. Судя по всему, Лёха судорожно соображал, из какого сумасшедшего дома меня забирать. Но я решил больше не смущать ребят, поэтому сказал:
— Утром приехал императорский гонец, сказал, что мне нужно срочно предстать перед императором, — я вовремя вспомнил, что подписал бумагу о неразглашении. — Короче, дело касается того, что я закрыл. Всё остальное — секретно.
— Ого! — Лёха, наконец, отвис.
