— Понятно, — ответил Старр. — Всего доброго.
Мэр положил телефон на стол и заметил, что руки его трясутся. Нет, куратор всегда заканчивал беседы подобным образом. Но почему-то в этот раз было особенно тревожно. Может быть, потому, что он не сказал: «до следующего созвона»? Да он не всегда так говорил. И всё-таки на душе мэра было очень неспокойно.
* * *Через двенадцать часов стол в конспиративной квартире был завален распечатками. Но ещё больше документов было на стареньком ноутбуке, который принесла Асакура для работы.
— И что мы тут имеем, господа следователи? — спросила она, с ужасом глядя на всю эту груду. — Это можно вообще обработать в разумные сроки?
— Нет ничего проще, — ответил Миллер, который как раз щёлкал мышкой, перелистывая онлайн документ. — Если честно, я думал, наш мэр умнее.
— Можно подробнее? — Асакура собралась.
— Конечно, — ответил худой следователь в очках и сгорбился над монитором. — Вот тут обозначено, что документ на покупку данжа составлен ещё полтора года назад.
— И что это значит? — воительница уже смирилась с тем, что монстров ей крушить куда проще, чем разбираться в крючкотворстве бюрократов. — Представьте, что я дура! Но только посмейте так назвать!
Следователи переглянулись и расхохотались, а Асакура надулась, но тут же снова приняла обычную свою манеру общения.
— Уважаемая воительница, — с улыбкой произнёс Гроздин. — Сейчас мы всё вам объясним. Дело в том, что впервые наш мэр попытался выкупить данж ещё полтора года назад. Но именно тогда у него ничего не вышло, потому что владелец земли заупрямился.
Он сказал, что это одно из немногих мест в империи, где дети могут тренироваться, и он не даст его приспособить под обычный коммерческий данж.
Следователь отложил одну бумагу и посмотрел на воительницу."
"— Это-то и ушло в народ, как слова хозяина земли, — он тяжело вздохнул, затем взял новую бумагу. — За последние полтора года у владельца земли некоего Флегга умерло три родных человека, пять кошек, шесть собак, домашний скот.
Сам он восемь раз попадал в больницу с различными болячками, но отказывался переписать землю.
— Жесть какая, — нахмурилась Асакура. — А я в это время развлекалась по уютным данжам.
— Мы вообще тут были, — пожал плечами Миллер, — но ни одно из этих дел к нам не попадало, они все замяты на этапе открытия. Поэтому не вините себя, вы тут ни причём. Если бы не жертва Макса Грушина, это так и осталось бы тайной.
— Поехали дальше, — оборвал его Гроздин.
