- Это подделка, - с трудом сдерживала слезы.
- Я так и подумал.
Наверно, мне уже пора было привыкнуть к таким вот неожиданностям и отнестись к ситуации с должным смирением. Но внутри клокотали ненависть и злость. У этих тварей хватило совести, чтобы подделать мою подпись. А что дальше?! Они подделают меня?!
- Но, я должна буду лично присутствовать на свадьбе и у вас в кабинете? Верно?
- Нет. Для изъятия нужна будет только доверенность на мужа.
- Вы сможете проверить ее подлинность?
- Думаю, что мне предоставят постановление подтверждающее ее.
Что ж, кто бы мог в этом усомниться. От злости и адреналина пальцы затряслись, дыхание сбилось, слова в голове отказывались складываться в мысли.
- Тара, ты можешь оспорить все через суд. Я затяну….
- Суд займет много времени. Адам не сможет полноценно представлять мои интересы. Я не знаю что делать.
- Выйди замуж.
- За Радова? Вы шутите?
- Нет. Найди мужа. Фиктивного.
Барден
Барден
В этот раз переговоры с Триумвиратом затянулись.
К разговору присоединились все три триума, и главнокомандующему пришлось заново рассказывать о первых результатах исследования пещер. Главной задачей Бардена в этом разговоре было убедить Триумвират в том, что Эл' Тахар никакого отношения к провалу не имеет и обезопасить Тару. Решение об уничтожении симбиота было принято. Пока открыто об этом ему никто не сказал, но он был достаточно опытным,чтобы понимать, к чему все идет.
- Вы уверены, что это не Эл' Тахар? – Спросил Тирт Тарат.
Он был самым молодым Триумом, и бывшим руководителем разведки.
- Нет, - не моргнув глазом ответил Барден, - я буду уверенным в этом только после того, как мы узнаем результаты исследований. Но, если вы изучили отчет Тары…
- Давай без вот этих женских каракуль, Барден. – Поморщился второй триум, Трагрид Варбет. – У меня нет времени разбираться в значении сопливых эпитетов.
Слова Варбета взбесили главнокомандующего, и он впервые в жизни не сдержался.
- Там нет ни одного эпитета, который был бы непонятен триуму. Можете читать без опасений.
Триумвират растерянно переглянулся. После этого неаккуратного жеста Барден понял две вещи: он никогда и никому не позволит оскорблять женщину, и его, если не боятся, то точно опасаются.
- Мы ознакомимся с отчетом, - попробовал сгладить острые углы председатель. – Теперь давайте перестанем соревноваться в остроумии, и обсудим дело. Кар, мы тебя слушаем.
